Введенная в законодательство в 2004-м г. поправка ст.446 Гражданско-Процессуального Кодекса в виде исключения позволила в нарушение Конституции ст.40 (право на жилище) лишать гражданина жилья, даже если оно единственное, для продажи его в пользу кредитора, обеспеченного залогом. При этом, в обоснование принятия такой поправки инициаторы приводили довод о незащищенности банка, предоставившего кредит на приобретение жилья, принятого в залог, поскольку при неисполнении обязательств заемщиком кредитор не мог получить возврата кредита, а заемщик без оплаты получал право собственности на жилье, которое в силу единственности нельзя было взыскать по существовавшей до этого норме ст.446 ГПК РФ. Но формулировка оказалась двусмысленной, и под нее попали жилые объекты, принадлежавшие гражданину до кредита, когда средства займа использовались на цели, не связанные с этими объектами, а сами объекты были залогом. Это привело в кризис к лишению заемщика как приобретенного на кредит объекта, так и своего, заложенного, вследствие падения цен и аукционного характера взыскания. Получился перекос баланса интересов в другую сторону - кредитор, предоставив средства для приобретения одного объекта, получает два - приобретенный на его кредит, и заложенный. В то время как заемщик лишается не только кредитного объекта, но и своего, заложенного. И в случае единственного жилья в нарушение Конституции остается бездомным. При этом в условиях рыночных колебаний гражданин может оказаться неплатежеспособным в силу независящих, неподконтрольных ему причин. Такой порядок, явно нарушающий конституционное право гражданина на жилище, не был исправлен после неоднократных обращений в Конституционный Суд. И это несмотря на декларируемый в Конституции приоритет прав гражданина как высшей ценности для государства. Считаю необходимым лишить кредиторов права на безусловное взыскание залога и не создавать предпосылок для граждан становиться бездомными.