Добрый день, Александр Михайлович! Вас беспокоят студенты с филологического факультета МПГУ. Теперешнее положение филологического факультета не может не волновать студентов разных курсов. В первую очередь нас беспокоит, что будет написано в дипломах? Согласно последнему интервью студентов с ректором, даже г-н А.Л.Семенов не знает, что будет в дипломах выпускников. Как так? Вы ректор, у кого тогда спрашивать студентам, если ректору неизвестно. Во-вторых, во время практики многие студенты столкнулись с болезненной проблемой данного времени: школьники плохо читают, а если и читают, то их так мало, что на проведении урока можно поставить крест. Уверены, что не только студенты с этим встретились лицом, но и высококвалифицированные педагоги. Хотелось бы добавить, что сокращение филологических курсов влечет к тому, что сами студенты будут мало знать о литературе, и тогда уж точно как проведение уроков, так и пробуждение интереса у школьников к литературе можно забыть окончательно. Проект дистанционного обучения ломает всё… В «живом» общении студенты видят преподавателя, чувствуют его, понимают, как можно легко и понятно объяснить сложный материал грамматики языка или трудные нравственно-философские искания лирического героя. Более того, усваивается манера общения преподавателя со студентами. Как могут студенты, будущие учителя, вести уроки, если они смотрели на преподавателя по ту сторону экрана? Г-н ректор, техника не способна заменить человека. В итоге, теоретическая основа заменяется экраном, а практика общения полностью уничтожается. Как после этого учить и наставлять школьников, если грубо и жестоко оторваны опоры мастерства преподавателя: высокий уровень владения своим предметом и личностные качества учителя. При этом, г-н ректор, Вы утверждаете, что вуз должен формировать универсальные навыки, а кто это должен делать, если более 30% преподавательского состава уволено? В-третьих, согласно последнему интервью, А.Л.Семенов сказал, что предметы преподавателей будут сокращаться, и критерий таков: «понял студент лекцию или нет», а как выяснить «понял студент или нет» неизвестно. Многие курсы, особенно связанные с языком, сложны и иногда не до конца понятны. Допустим, что читается курс современного русского языка, и некий студент пришел на лекцию в конце семестра, чтобы «появиться» перед преподавателем (не будем идеалистами, такое бывает, и не один студент, а несколько). Естественно, студент не поймет материал, и что тогда? Убрать курс современного русского языка и преподавателя тоже? Тогда «заменой» станет учебник, но многие профессора и доценты читают материал, который не всегда можно найти в учебнике или в монографии. Есть преподаватели, которые добавляют в свой курс лекций и семинаров материал, найденный или открытый ими в науке самостоятельно! Учебник такого не даст, ему не задашь вопрос. С учебником не проведешь семинар, собственное мнение ему не выскажешь, следовательно, будущий учитель не научится говорить, спорить, доказывать, обсуждать. Последние умения, являющиеся компонентами ФГОСа нового поколения, не будут реализованы новыми учителями на практике, потому что сами они остались без учителя. Многие преподаватели и целые кафедры называют Московский Педагогический Государственный Университет флагманом педагогического образования. С такими реорганизациями флагман превращается в Летучий Голландец, бессмысленно качающийся по волнам образования. Г-н ректор, зачем ломать и перекраивать то, что работало на протяжении десятилетий? Можно менять, но не так резко, масштабно, горько и больно. Новое может существовать со старым, нужно только найти компромисс. Студенты филологического факультета МПГУ" Как видим, студенты вовсе не бездельники, которые могли бы только радоваться облегченно-развлекательным новациям г-на Семенова. Они получше горе-реформаторов пониманию важность для их будущей жизни и профессиональной карьеры именно фундаментального образования. Александр Камчатнов