В мое распоряжение поступила скан-копия "Уведомления", разосланного и.о. ректора А.Л.Семенова преподавателям МПГУ, и комментарии к нему преподавателей филологического факультета. Вот их текст: "О нарушениях трудового законодательства в МПГУ Буквально в последние дни учебного года, когда до отпуска оставалось два-три дня, из ректората на все факультеты был разослан странный документ под названием «Уведомление». Этим документом администрация вуза за два месяца уведомляла о предстоящем сокращении штата и увольнении работников. В своем письме трудовому коллективу МПГУ от 11 июля ректор А.Л. Семенов дал следующую, в высшей степени любопытную интерпретацию этого документа. Цитируем: «При этом коллективы кафедр дали отдельным своим сотрудникам (в том числе – совместителям) рекомендации по сокращению доли ставки или увольнению». «Отдельным своим сотрудникам»? «Рекомендации»? Как бы не так! На филологическом факультете и факультете иностранных языков этот документ был адресован абсолютно всем преподавателям. И вовсе не в форме рекомендации, а в форме жесткого императива. Многим «неподписантам» буквально выкручивали руки, грозили всевозможными карами, вызывали дополнительно на работу. О том, как это происходило, иняз дал соответствующий комментарий к статье в «Известиях», а у преподавателей филфака имеется диктофонная запись разговора с деканом, которую мы готовы предъявить всем заинтересованным проверяющим лицам (о предстоящей записи декан был предупрежден). Юридический анализ текста документа мы дадим ниже. Сейчас же уместно задаться вопросом: зачем понадобился ректорату этот документ? У многих преподавателей далеко не истек срок прежних трудовых договоров, рассчитанных на пять лет и с оговоренной учебной нагрузкой на 1 ставку. И вот нам в жесткой форме заявляют: либо увольняйтесь, либо переходите на меньшую доли ставки, ибо на вас нет нагрузки. Все доводы о том, что ситуация на разных кафедрах сильно отличается друг от друга и что нельзя всех равнять под одну гребенку, что к этому болезненному вопросу нужно подходить строго индивидуально – администрация не слышит и не желает слышать. Если сокращать долю ставки – то у всех поголовно. А, собственно, почему, если нагрузка у многих преподавателей реально соответствует ставке? Не потому ли этот в высшей степени ответственный документ предложили на подпись в самые последние рабочие дни, чтобы у преподавателей не оставалось времени ни на раздумье, ни для совета с юристом, ни для обращения в комиссию по трудовым спорам. Смеем утверждать, что таков вообще стиль работы нового ректората: ставим перед фактом и под дулом пистолета требуем подписи. Именно так, в пожарном порядке, с выкручиванием рук, принимали в июне новый учебный план. Кстати, где она, эта комиссия по трудовым спорам? Кто входит в ее состав? Где и когда она работает? Каков порядок обращения и подачи документов? Профсоюз, который должен в этой ситуации, действовать максимально оперативно, ушел в глухую несознанку, канул на дно. Попросту говоря – струсил. А потому мы сами вынуждены восполнять его работу. Далее предлагаем два письма, адресованные в электронную приемную управления юридического обеспечения и профком. Письма были посланы двумя преподавателями филологического факультета – доцентом кафедры русского языка А.И. Грищенко (2 июля 2014 г.) и профессором кафедры русской литературы Сапожковым С.В. (3 июля 2014 г.) На оба запроса до сих пор ответа нет. Авторов писем даже не удосужились оповестить о получении. Приводим их текст полностью – в надежде, что ими теперь заинтересуются не только местные административные органы, но и вышестоящие должностные лица. Александр Грищенко «Моё сегодняшнее обращение в Электронную приёмную управления юридического обеспечения и развития кадрового потенциала МПГУ: Разъясните, пожалуйста, юридический статус уведомлений, которые в конце июня руководство факультетов предлагало подписывать сотрудникам Института филологии и иностранных языков. Почему данное уведомление сообщало о некоем сокращении штата, ссылаясь на Приказы ректора №№ 412 и 456, тогда как в данных приказах нет ни слова о сокращении штата? Имеется ли приказ о сокращении штата? Если да, почему именно с ним не ознакомили преподавателей, причём не за два, а за три месяца, поскольку планируется массовое сокращение? Почему преподавателей не ознакомили с Приложением № 2 (штатным расписанием) к Приказу № 412? Почему под данным уведомлением стоит подпись не и.о. первого проректора С. Д. Каракозова (который указан в качестве отправителя уведомления), а кого-то иного? Наконец, ознакомьте, пожалуйста, преподавателей с документами об индексации окладов с нового учебного года и новым штатным расписанием Института филологии и иностранных языков. Если соответствующие разъяснения не будут даны (желательно с официальными публичными извинениями за манипулирование преподавателями при помощи юридически безграмотных и содержащих вызывающие формулировки документов), то к данной проблеме будут привлечены Государственная инспекция по труду, прокуратура и широкая общественность». К этому можно добавить, что за 1–2 дня до появления упомянутого уведомления, в котором содержится ссылка на п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК («сокращение численности или штата работников организации»), многие преподаватели подписали иную редакцию этого уведомления, в котором содержалась ссылка на ст. 75 ТК («Трудовые отношения при смене собственника имущества организации, изменении подведомственности организации, ее реорганизации, изменении типа государственного или муниципального учреждения»), хотя никакой реорганизации МПГУ не происходит и не планируется. В итоге часть преподавателей «уведомили» о некоей «реорганизации» (которой нет), а часть — о сокращении штата, которого также нет, поскольку нет соответствующего приказа. Что же касается ст. 75, то в ней ТК прямо гласит: «Смена собственника имущества организации не является основанием для расторжения трудовых договоров с другими работниками организации [всеми, кроме руководителя организации, его заместителя и главного бухгалтера]», то есть сокращение штата просто несовместимо с реорганизацией. При сокращении штата ст. 82 ТК предусматривает не только уведомление работников, но и проведение их аттестации при участии первичной профсоюзной организации. Кроме того, при массовом сокращении штата (а именно оно подразумевается, если соответствующие уведомления были подготовлены для всех преподавателей по крайней мере одного факультета) работодатель обязан предупреждать о нём не за два, а «не позднее чем за три месяца до начала проведения соответствующих мероприятий». Сергей Сапожков Уважаемый Всеволод Всеволодович! Пересылаю Вам письмо А.И. Грищенко, адресованное в электронную приемную управления юридического обеспечения и развития кадрового потенциала нашего вуза - с надеждой, что Вы как председатель профкома МПГУ находитесь в курсе того юридического беспредела, который происходит сейчас на многих факультетах МПГУ, в преддверии массового сокращения штатов. Надеюсь, что Вам понятно, что это именно массовое сокращение, хотя администрация идет на все, чтобы представить этот процесс как так наз. "оптимизацию". Не стану развивать эту мысль - она вполне последовательно конкретизирована в письме Грищенко. Надеюсь, что Вы также в курсе статьи П. Панова в "Известиях" (от 1 июля 2014 года) о так наз. "реформах" в МПГУ и особенно внимательно отнеслись к комментариям сотрудников нашего вуза, опубликованным под текстом статьи. В частности, к информации от преподавателей иняза, которых принуждали, причем в наглой, бесцеремонной форме, как это следует из текста сообщения, к подписанию юридически безграмотного и противозаконного с точки зрения норм Трудового кодекса Уведомления. Хочу сказать, что иняз оказался далеко не одинок. Вся наша кафедра русской литературы (зав. - почетный профессор МПГУ В.И. Коровин) отказалась подписывать такое Уведомление, и на нас деканат оказывал столь же бесцеремонное давление, вызывая дополнительно на работу в неурочный день. Я знаю, что и на других кафедрах нашего факультета нашлись "неподписанты". Думаю, что и на других факультетах их немалое число. В этой связи я бы хотел задать Вам как председателю профкома несколько вопросов. 1. Отслеживает ли профком ситуацию и понимает ли профком, что трудовой коллектив вуза находится на пороге социального взрыва, во всяком случае - на пороге массовых увольнений "неподписантов" и нескончаемой череды неизбежных судебных исков? Если да, то как он думает защищать интересы членов своего профсоюза? Будет ли он представлять их в комиссии по трудовым спорам и в суде? Как будет организована работа этой комиссии в период массовых увольнений в конце августа? 2. По закону, на всех приказах ректора, касающихся массового сокращения, должна стоять Ваша подпись. Мы внимательно смотрели приказы, на которые ссылается текст Уведомления. Но там нет ни Вашей подписи, ни подписи другого представителя профкома. Почему? 3. Цель Уведомлений - разорвать старые трудовые соглашения (у многих из нас еще не истек срок действующего трудового договора, рассчитанного на 5 лет) и заключить с работником новый договор на 0.75 ставки. Вы наверняка знаете, что согласно Трудовому кодексу перевод работника на более низкую долю ставки – дело исключительно добровольное. Как Вы оцениваете те массовые случаи проявления диктата администрации, с которыми столкнулись трудовые коллективы филфака и иняза? Помимо того, что новый договор значительно понижает заработную плату преподавателя и возвращает вузовскую ситуацию к "эпохе Матросова" ("за что боролись - на то и напоролись"), этот договор основан на абсолютно произвольных нормативах. В Положении об учебной нагрузке нынешнего года указан только нижний предел ставки ("от стольких-то часов"). Понимаете ли Вы, что это ведет к произволу администрации в планировании учебной нагрузки и откровенной эксплуатации труда преподавателя? Какие меры по охране труда Вы как председатель профкома думаете предпринять в этой связи?" Есть ли в России реальные, а не номинальные органы, которые могут проверить законность приказов Семенова? Александр Камчатнов