В начале февраля суд Сейшел отклонил мои требования по гражданскому иску к владельцам Six Senses Zil Passion, ссылаясь на то, что в моих показаниях было слишком много противоречий.  Мне теперь понятно, что все было решено с самого начала - про противоречия руководство Six Senses стало говорить через месяц, после того, как со мной произошел этот ужас, хотя тогда я еще не давала показаний, и, единственное, что я говорила всегда: "Я не знала этого человека, он забрался ко мне на виллу ночью и, угрожая ножом, изнасиловал меня", - так и осталось неопровергнутой правдой. Зато полно противоречий было в действиях менеджмента отеля: ложные показания, которые были приняты на первом суде и опровергнуты на втором, пропавшие видео с камер безопасности, факт, что попытка второго изнасилования никем не принялась в расчет, и многое другое. 

Я хотела подать на аппеляцию. А потом пойти в международную комиссию ООН по правам человека (причем можно подавать только в комиссию по Африке, где, как и на Сейшелах, сложно ожидать адекватного понимания, что такое права человека). Но адвокат, единственный, которого я в 2017-ом году смогла найти на Сейшелах, сказал, что он уходит на пенсию и больше не сможет заниматься моим делом. Другого адвоката найти малореально: все, к кому мы обращались, а обращались мы почти ко всем, нам отказали под разными предлогами.

Я решила жить дальше. Так, как будто я победила. Я считаю, что правда стала очевидна, когда я рассказала публично, в этом была моя основная миссия. Силы не равны и я готова это признать. Теперь я знаю, как именно, в деталях, устроена несправедливость и лживый коррупционный суд в стране третьего мира, если к делу примешиваются бизнес-интересы большой международной корпорации, которая выбрала быть неэтичной. 
Попробовали бы они тоже самое провернуть с американкой, находясь в США, или с англичанкой, находясь в Европе. Это было «правосудие» с тропических островов, где произошло преступление с гражданкой России, - заранее проигрышная партия. 

Огромное спасибо вам за поддержку! За то, что, благодаря вам, у меня была возможность сказать правду в лицо этим людям, это помогло мне восстановиться. Но я не могу себе позволить продолжать эту борьбу. Я единственный человек, кто содержит себя и сына, и не могу больше тратить свой ресурс без какой-то надежды на ясный результат, не могу позволить переживать эту травму снова и снова. 

У меня нет ответа, как искать справедливости, когда против тебя выступает огромная корпорация. Я надеюсь, что время покажет, где правда, а где ложь.