Уважаемые подписчики, после выхода в октябре прошлого 2018 года сюжета Дождя о состоянии дел в дер.Гущино Андреапольского района нам стали поступать вопросы: и что дальше? Вот набрали вы под полмиллиона подписей под петицией, год этим занимаетесь – что изменилось? В том-то и дело, что ничего не изменилось. Вопреки нашим ожиданиям и к большому нашему сожалению. Ответы проверяющих органов: нет нарушений законодательства, все хорошо и всех все устраивает.

Если честно – у нас опустились руки, мы не верим, что что-то можем сделать для гущинских собак. Мы смотрим на то, что происходит с китовой тюрьмой в Приморье со всеми вовлеченными гринписами и мировыми селебрити – и не находим повода для надежды. Мы со своей стороны перепробовали все – писали во все инстанции весь прошлый год – самостоятельно и с привлечением юристов (платных и бесплатных), обсуждали со многими людьми варианты влияния на ситуацию – однако все остается на своих местах. Наш андреапольский коллега зооактивист Сергей оправдан судом вышестоящей инстации по обвинению руководителя местной ветслужбы в клевете, порочащей честь и достоинство за участие в этой истории, но положение собак не меняется... Мы вынуждены это признать и признать свое бессилие по влиянию на ситуацию.

Были у нас за этот год потери – почти через год слег и не проснулся рыжий Игл. Сердце не выдержало. Сердце же подозревают и причиной эпилептических припадков у хрустальной принцессы, спасенной в марте со щенками из гущинского ада.

Правда, за год борьбы нам удалось изменить будущее для полутора десятка собак – большинство уже нашли новые постоянные дома, другие на передержке – все еще восстанавливаются и ждут. И мы надеемся, что найдется для каждой псинки из Гущино хозяин, который поймет и поддержит. Такой хозяин нужен черной Норе – ее Рудаков в прошлом декабре привез в Москву для передачи нам – как оказалось, на последнем сроке беременности, забитую, совершенно асоциальную собаку, которую мы стерилизовали. О малышах мы узнали уже после операции, от ветеринара. В Подмосковье мы нашли ей самую домашнюю передержку, где ее отогревают и готовы передать тому, кто оценит норину благодарность, темперамент и симпатичную черную внешность. Посмотрите, пожалуйста, на Нору – вдруг ей повезет и она обретет свой дом?.. – похоже, это то единственное, что мы еще можем сделать для Гущино.

Теперь о деньгах. Мы изначально денег не собирали, и только через полгода объявили сбор по рекомендации привлеченного в проект юриста – на суды, а также последующие расходы по транспортировке и размещению собак. Мы тогда имели иллюзию того, что нам удастся через профессионала добиться судебного запрета на животноводческую деятельность Рудакова и Юрши и принудительного изъятия у них собак. Но и этим надеждам не суждено было сбыться – и мы расстались с юристом. На сегодня из собранных 505 тыс. руб. израсходованы 354 тыс. 365 руб.:

Оплата договора юридического сопровождения -100 000
Оплата расходов на судебное заседание -122 765
Оплата передержки Игла -26 100
Оплата передержки Норы -97 500
Прочее -8 000
ИТОГО: -354 365

Вот как-то так… Оставшиеся деньги мы тратим на передержку Норы до пристройства и надеемся на то, что кто-то из вас захочет взять ее к себе. К сожалению, это все, что мы можем по Гущино – ситуация оказалась не изменяемой нашими силами.

НО! Есть еще у нас последняя надежда - на нашу петицию ответил Владимир Бурматов, и мы все еще верим, что ему удастся повлиять на ситуацию, особенно теперь, когда принят закон об ответственном обращении с животными. Мы в это верим, а собаки Гущино этого ждут…