Требуем недопущения антинародных изменений в Кодексе РК "О здоровье народа"!

0 людей подписали. Следующая цель: 15 000


Мы, граждане Республики Казахстан, выражаем наш ПРОТЕСТ необоснованным изменениям, противоречащим нашим законным правам и свободам, которые внесены Минздравом РК в Проект нового Кодекса РК "О здоровье народа и системе здравоохранения" (http://dsm.gov.kz/ru/content/obsuzhdenie-proekta-novogo-kodeksa-o-zdorove).

Мы ТРЕБУЕМ НЕДОПУЩЕНИЕ этих АНТИНАРОДНЫХ изменений в законодательстве:

1) Обязанность (вместо права) получать профилактические прививки. Не допуск не привитых (по причине отказа) детей в дошкольные организации (статья 89 проекта).

Такие изменения противоречат правам человека на свободу, на личную неприкосновенность, на свободу от дискриминации, на охрану своего здоровья, правам родителей на заботу и воспитание своих детей, правам детей, которые закреплены в:

Конституции РК, Лиссабонской декларации Всемирной медицинской ассоциации о правах пациентов, Всеобщей декларации прав человека, Пакту о гражданских и политических правах, Конвенции о правах ребенка.

Давать свое информированное добровольное согласие (либо давать отказ) на медицинское вмешательство в отношении себя или своего ребенка, взвесив при этом все пользы и риски - это естественное право человека, а не правонарушение

Человек, в осуществлении своего права не должен подвергаться какому-либо давлению или дискриминации. Недопущение не привитых детей в дошкольные организации, по причине отказа их родителей от прививок (без каких либо эпидемиологических показаний) - это дискриминация, в виду того, что не привитые по медицинским показаниям дети в таком допуске не ограничиваются. 

Не привитый человек не опасен для общества, опасен больной человек. Обязанность в вопросе получения медицинской процедуры противоречит добровольному принципу получения услуги, что закреплено в статье 7, п.1 и статье 8, Закона "О защите прав потребителей".

Уместно напомнить, что признание в правовых системах развитых стран необходимости информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство (или отказа от него) , стало следствием осуждения на Нюрнбергском процессе преступлений нацистов, в том числе, принудительных врачебных манипуляций и экспериментов, проводившихся ими над людьми. 

С тех пор, уважение к этим этическим и правовым принципам стало привычным признаком каждого нормального общества. Эти принципы признаются и казахстанским правом. 

Общеизвестно, что наряду с риском инфекционных заболеваний существует также риск осложнений, в том числе и серьезных, вплоть до летальных исходов, в результате проведения профилактической прививки. В такой ситуации именно сам пациент, а в случае ребенка – его родители должны делать свой выбор в каждом конкретном случае , приняв во внимание советы и рекомендации специалистов, а также иную информацию. Никто не вправе делать этот выбор за них, даже руководствуясь по-своему понимаемым благом ребенка. 

В январе 2019 года на сайте Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ) был опубликован список «10 угроз глобальному здоровью в 2019 году". В число проблем, которые «потребуют внимания со стороны ВОЗ и ее партнеров", вошло «недоверие к вакцинам».

ВОЗ пишет : "...Так, заболеваемость корью по всему миру выросла на 30 %. У этого роста целый ряд причин, и не все случаи заболевания объясняются отказом от прививок. Тем не менее, в некоторых странах, которые почти добились ее элиминации, произошел всплеск." 

И далее ВОЗ: "... Отказ людей от вакцинации связан с целым комплексом причин: консультативная группа по вакцинам при ВОЗ, называет основными факторами - беспечность, недоверие к вакцинам и отсутствие удобного доступа к услугам по вакцинации. Самыми авторитетными советчиками, влияющими на решения людей по вопросу вакцинации, особенно внутри небольших сообществ, являются работники здравоохранения, и им необходимо оказывать поддержку в предоставлении достоверной, заслуживающей доверия информации о вакцинах".

То есть, ВОЗ открыто говорит о недоверии людей к вакцинам, и что необходима заслуживающая доверия информация о вакцинах. Однако, вместо того, чтобы вести просветительную работу и проводить другие меры, повышающие доверие к вакцинации (в т.ч. меры по обеспечению честной ответственности Правительства,  в случаях поствакцинальных осложнений), Минздрав РК решило бороться с отказниками путем репрессий. 

Считаем, что любые попытки введения репрессивных мер в данном вопросе, лишь усиливают недоверие, так как принуждение к вакцинации является абсолютным нарушением суверенитета личности, и это ничто иное, как медицинская тирания. 

Наше требование: оставить действующую редакцию Кодекса (статья 156 Кодекса).

2) Расширение списка случаев, когда необходимо патологоанатомическое вскрытие (когда нет подозрений на насильственную смерть), (статья 147 проекта, п.4).

Достоинство личности , защищаемое Конституцией РК, включает в себя не только уважительное отношение к личности живого, но и умершего человека, и уважительное отношение к останкам человека. И близкие, в соответствии с Гражданским Кодексом РК, имеют право на защиту прав умершего на достоинство личности и на личную (телесную) неприкосновенность (статья 1040, пункт 3). 

Считаем, что расширение списка случаев, когда необходимо патологоанатомическое вскрытие (когда нет подозрений на насильственную смерть), попирает право умершего на личную (телесную) неприкосновенность и попирает права близких - когда не учитывается их мнение в этом вопросе, при этом нанося им моральные страдания.

Во всех остальных случаях, если близкие хотят узнать причину смерти, то они итак вправе затребовать патологоанатомическое вскрытие. 

В данном вопросе необходимо исходить из известного международного принципа "что интересы и благополучие личности являются приоритетом над интересами общества или науки" ("Конвенция о правах человека и биомедицине", Совет Европы, 1997 г.), и исходить из добровольного начала, в соответствии со статьей 7, пунктом 1 и статьей 8, Закона "О защите прав потребителей", исключая только случаи насильственной смерти. 

Наше требование: оставить действующую редакцию Кодекса (статья 56, п.2 Кодекса), либо закрепить в данном вопросе добровольное начало, исключая только случаи, когда подозревается насильственная смерть.  

3) Расширение прав мед. организаций обращаться в орган опеки и в суд, при отказе законных представителей несовершеннолетнего либо недееспособного лица, от медицинской помощи (включение здесь, к словам "от медицинской помощи, необходимой для спасения жизни" дополнительно фразы "и сохранения здоровья" указанных лиц) (статья 152 проекта, п.4).

Включение слов "и сохранения здоровья " в данном контексте опасно. Термин "сохранение здоровья" - не конкретный и допускает расширенное его толкование, что недопустимо, и несет в себе существенные риски. 

Кроме того, данное положение противоречит Конституции РК, статье 27: "1. Брак и семья, материнство, отцовство и детство находятся под защитой государства. 2. Забота о детях и их воспитание являются естественным правом и обязанностью родителей." 

Давать свое информированное добровольное согласие (либо давать отказ) на медицинское вмешательство для своего ребенка, взвешивая при этом все пользы и риски - это естественное и законное право родителей, тем более, если нет угрозы для жизни ребенка. В таких случаях, если у родителя возникли сомнения насчет предложенной процедуры, его законное право - менять и медицинскую организацию, и врача, а также искать альтернативное лечение. 

В целом, внесение такого изменения несет под собой следующую опасность: рост семейных трагедий, вследствие ненужных вмешательств органов опеки и суда в частную жизнь граждан, без веских на то причин. Также создается почва для злоупотреблений и коррупции.

Наше требование: оставить действующую редакцию Кодекса (статья 93, п.4).

4) Сокращение срока на опознание и востребование неопознанных умерших лиц, с 45 дней до 10 дней. После истечения этого срока, трупы таких лиц признаются в качестве анатомического дара, и могут передоваться для биомедицинских исследований. (статья 172 проекта, п.3) 

Очевидны негативные последствия внедрения такого изменения : возрастет количество трагических случаев, когда близкие люди, живущие врозь и которые не поддерживали связь друг с другом десять и более дней (например, родители со своим ребенком-студентом, проживающим в другом городе во время учебы), могут никогда не найти своего умершего родственника, в случае его внезапной гибели! Возникает также риск увеличения случаев криминального исчезновения людей.

Считаем, что данное изменение против элементарных принципов человечности! 

Наше требование: исключить данный пункт или оставить действующую редакцию Кодекса (статья 142, п.3).

5) Исключение прав близких людей (супругов, близких родственников) и опекунов препятствовать изъятию органов у умершего человека, после его смерти (то есть, отказ возможен только при жизни человека) (статья 215 проекта, п.8).

Презумпция согласия на изъятие органов и тканей у умерших, что действует в РК, означает что каждый гражданин изначально согласен с тем, что его органы после смерти будут использованы для пересадки другим. Отсутствие выраженного отказа умершего или его близких трактуется данным принципом как согласие. 

Необходимо понимать, что при такой модели, важнейшим условием для реализации права человека или его близких на отказ, является полная информированность населения о сути этого права и о механизмах выражения своего отказа. На сегодняшний день, в Казахстане, подавляющее большинство не знает, что по закону все граждане согласны быть посмертными донорами и врач не обязан спрашивать согласия у родственников умершего. Минздрав особо не печется об этом знании у населения, по сути создавая почву для злоупотребления неведением людей. 

При таком подходе фактически нарушается принцип добровольного информированного согласия, и не создается условий для соблюдения права личности на определение судьбы своего тела. Также возникает риск криминализации данной отрасли медицины. 

По действующему закону (статья 169, п.10), близким дается хоть какая-то возможность препятствовать процедуре изъятия (если нет прижизненного отказа умершего) - они должны успеть выразить свой отказ до, или на момент изъятия. А новая инициатива Минздрава заключается в том, что такая возможность для родственников исключается, наверное исходя из "логики", что у близких нет на это прав.

Между тем, статья 1040 Гражданского Кодекса РК, пункт 3 гласит: "Личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие наследодателю, могут осуществляться и защищаться наследниками". 

Нормативное постановление Верховного суда РК от 27.11. 2015 года N7 гласит: "....К благам, принадлежащим человеку от рождения, следует отнести жизнь, здоровье, честь, достоинство, свободу, неприкосновенность личности,...".

 Естественным правом человека является также свобода в решении судьбы своего тела, как при жизни, так и после смерти. 

А презумпция согласия на изъятие органов и тканей человека, исходит из противоположной логики, определяя, что человек после смерти априори является трупным донором (если еще при жизни не откажется являться таковым). 

Учитывая совокупность этих факторов, напрашивается вопрос: насколько законен (конституционен) принцип презумпции согласия, действующий в РК, нарушающий право умершего на неприкосновенность человеческого достоинства и право на личную (телесную) неприкосновенность? Кроме того, исключение возможности для близких родственников препятствовать процедуре изъятия органов у умершего, также является нарушением их прав (статья 1040, п.3 ГК).

Что касается противоположного подхода, в соответствии с презумпцией несогласия, подразумевается, что каждый человек заранее не согласен с тем, что его органы будут пересажены другому человеку. Органы можно изъять только в случае получения прижизненного согласия от самого человека либо согласия родственников после его смерти. Принцип узкого согласия предполагает учет только мнения потенциального донора. 

Наше требование: закрепить в Кодексе презумпцию несогласия на изъятие органов и тканей у умерших, в узкой его интерпретации, так как с точки зрения реализации прав человека (в соответствии с Конституцией и Всеобщей декларацией прав человека), моральной оценки и религиозной этики, именно такой подход позволяет: 

- более всего учесть волю человека в определении судьбы своего тела; 

- обеспечить охрану телесной неприкосновенности умершего, особенно в случаях, когда человек не оставил после себя никакого волеизъявления, а также в случаях смерти неопознанных лиц; 

- максимально соблюдать фундаментальные права человека на свободу, на личную неприкосновенность, на неприкосновенность человеческого достоинства; 

- исключить связанную с изъятием органов морально-этическую, психологическую нагрузку на близких умершего, на врачей, а также на реципиента, так как он будет знать, что орган, полученный им от донора является добровольным даром; 

- осуществлять защиту законных прав и интересов граждан (близких умершего и врачей) в вопросе изъятия трупных органов;

- снизить потенциальную возможность криминализации этой отрасли медицины (в международном масштабе " черная " трансплантология - серьезная проблема, сфера, где циркулируют большие деньги, и которая находится на очень высоком уровне криминогенности – как продажа оружия и наркотиков); 

- освободить врача от психоэмоциональных перегрузок, связанных с совершением этически некорректных действий (принцип презумпции согласия толкает врача, по сути, на насильственное действие, так как действие с человеком, без его согласия, квалифицируется в этике как «насилие»). Это особенно значимо для личности врача, так как известно, что человек, совершающий действие, противоречащее традиционным нормам морали, неизбежно подвергает себя риску разрушить психоэмоциональную стабильность своей личности. 

А для обеспечения спроса на органы и ткани человека, необходимые для трансплантологии, должно быть организовано надлежащее информирование населения и пропаганда, в вопросе добровольного посмертного донорства. 

Также, эта мера исключит противоречие между Кодексом и Конституцией, внесет четкость в правовое урегулирование и обеспечит строгое соблюдение добровольного начала, в сфере изъятия органов и тканей у трупных доноров, в соответствии с известным международным принципом "что интересы и благополучие личности являются приоритетом над интересами общества или науки " ("Конвенция о правах человека и биомедицине" (Совет Европы, 1997г.)).

6) Возможность вывоза изъятых у умерших граждан РК, органов и тканей зарубеж, для нужд иностранцев (статья 222 проекта, п.2, пп.1).

Данное изменение подразумевает, что органы и ткани, изъятые у умерших людей на территории Казахстана, будут вывозиться с нашей территории не только для нужд граждан РК (как по действующему Кодексу), но и для нужд любых реципиентов, ожидающих трансплантацию и проживающих за рубежом, то есть для нужд иностранцев.

С учетом изменений, указанных в Статьях 215 (пункт 8), 216 (пункты 7-8) Проекта, складывается впечатление, что Минздрав хочет создать правовые нормы, обеспечивающие увеличение объема изъятия органов у трупных доноров в Казахстане, а также беспрепятственный их вывоз с территории РК, для иностранного заказа

Напрашивается вопрос: чьи интересы защищает в таком случае Министерство здравоохранения Республики Казахстан

Считаем, что такие изменения в законодательстве недопустимы, так как они увеличивают риск криминализации в отрасли трансплантологии в РК, по сути, создают угрозу нашему обществу и национальной безопасности! 

Наше требование : оставить действующую редакцию Кодекса (статья 172, п.2, пп.1). 

7) Прекращение искусственных мер по поддержанию жизни, без согласия близких, в случае необратимой смерти мозга. Продолжение таких мер, только в целях дальнейшего изъятия органов у человека (для трансплантации), или, если близкие возмещают расходы (статья 170 проекта, пункты 3-4).

Наше требование: оставить действующую редакцию Кодекса (статья 140, п.3), то есть, прекращение искусственных мер по поддержанию жизни (когда диагностируется смерть мозга) должно производится только с письменного согласия близких, исходя их морально-этических соображений, а также в связи с возможным риском не правильной постановки диагноза "необратимая смерть мозга". 

Также, считаем, что услуги по исскуственному поддержанию жизни и уходу за телом, необходимо предоставлять населению бесплатно, за счет государства.

8) Возможность биомедицинских исследований на уязвимых группах населения (дети, беременные, пожилые, недееспособные, военнослужащие, заключенные...) (статья 232 проекта, п.6).

Наше требование: Такая норма уже существует в действующем Кодексе с декабря 2018 г. (статья 180, пункт 5), однако считаем, что здесь необходимо ввести уточнение, что такие исследования могут проводиться только с терапевтической (лечебной) целью. 

Также, в интересах национальной безопасности, статью необходимо дополнить пунктом следующего содержания: "Проведение биомедицинских клинических исследований лекарственных средств и медицинских изделий зарубежного производства, на категории лиц, указанных в пункте 6 статьи 232 - запрещены".

Предлагаем пересмотреть целесообразность (в сторону запрета, как это было до декабря 2018 г.) привлечения к биомедицинским исследованиям некоторых уязвимых групп населения.

Этический вопрос связан с тем, насколько можно получить полностью добровольное и информированное согласие от отдельных уязвимых категорий граждан, например, жизнь которых контролируется? Это обитатели государственных учреждений, например психиатрических клиник, детских домов, домов престарелых. Жизнь тех, кто находится в таких учреждениях, зависит, зачастую абсолютно от действий персонала. 

Оценить является ли согласие на участие в эксперименте, данное военнослужащим или заключенным, лишенным какого-либо явного или скрытого насилия, крайне сложно. То, что предполагаемый подопытный находится в контролируемых условиях, делает его согласие на участие в эксперименте весьма сомнительным. 

9) Централизованный сбор и обработка персональных медицинских данных граждан по умолчанию (при отсутствии письменного отказа), закрепление права на доступ к электронным паспортам здоровья, не только пациенту и его врачу, но и другим лицам (статьи 61, 62, 63 проекта). 

Данное положение незаконно и противоречит Конституциии РК, Лиссабонской декларации Всемирной медицинской ассоциации о правах пациентов, в части прав человека на неприкосновенность частной жизни и на конфиденциальность, а также Закону РК "О персональных данных и их защите", статье 7. "Условия сбора, обработки персональных данных". 

Сбор, обработка и хранение персональных данных для формирования электронных медицинских паспортов, содержащих персональные медицинские данные, должны осуществляться только с письменного согласия физического лица (пациента) или его законного представителя

Цифровое здравоохранение формируется не с целью централизованного сбора личных медицинских досье на граждан РК, а с целью улучшения качества предоставления медицинских услуг населению, в том числе для упрощения работы медицинских работников с данными пациентов. 

То есть, электронный паспорт здоровья человека - это его личная медицинская карта, которую он предоставляет медицинским работникам, для изучения анамнеза пациента с целью получения качественного медицинского обслуживания, а также для закрепления в ней соответствующих записей. Такой персональной медицинской информацией должен владеть только сам человек, или его законный представитель (не зависимо от того, где находятся данные -  на национальном или на др.уровнях), и лечащий его медицинский работник. 

Доступ остальных лиц не имеет под собой никакого морального и законного обоснования (а также несет в себе риск утечки данных), разве что по санкции прокурора или суда. 

Наше требование: по разумной логике целей и согласно законным правам и свободам граждан, тактика внедрения цифрового здравоохранения должна быть следующая: 

По желанию пациента, с его письменного согласия, заводится его электронный паспорт здоровья, наряду с бумажной медицинской картой (то есть, как дополнение). Электронный паспорт здоровья человека должен находиться на специальном защищенном государственном сервере. Доступ к нему должен иметь только сам владелец персональных медицинских данных (физическое лицо), и с его разрешения - медицинский работник, на время предоставления пациенту медицинских услуг. Записи должны производиться в первую очередь на бумажном носителе (медицинской карте).

Никто другой не должен иметь доступ к персональному электронному паспорту здоровья человека

Для фиксации рецептов, результатов лабораторных анализов и других обследований, можно создать свою (отдельную) единую электронную базу, где соответствующие работники, без доступа к паспорту здоровья пациента, будут работать только в рамках своих полномочий. При надлежащем программном обеспечении, результаты обследований автоматически могут прикрепляться к паспортам здоровья по ФИО или др. персональным данным граждан. При этом, рецепты и результаты обследований, по требованию пациента, должны предоставляться на бумажном носителе. 

Сбор данных для медицинской статистики и аналитики должен осуществляться согласно действующих механизмов, на основании статистических отчетностей медицинских учреждений. 

Оплату мед.услуг и лекарств организация, ответственная за финансовое возмещение затрат на оказание медицинской помощи, должна производить на основании счетов-фактур медицинского учреждения или рецептов, выписанных врачом. 

Хотим отметить, что при своей очевидной пользе, новые технологии (цифровизация, информатизация и компьютеризация) имеют ряд серьезных рисков обширного их внедрения в сферу здравоохранения, таких как взлом баз данных злоумышленниками, утеря, кража электронных данных людей, заражение вирусами компьютерных систем, недобросовестное отношение к электронным данным пациентов, лиц, имеющих к ним доступ (использование в корыстных целях и др.), технические неполадки систем и компьютеров, отсутствие интернета, отключение электроэнергии и т.п. 

Во избежание ненужных рисков причинения вреда здоровью людей, а также нанесению им морального вреда, из-за неисправной работы электронных систем или утечки персональных данных, считаем, что электронная система документооборота (электронные паспорта здоровья) в здравоохранении должна быть только как дополнение к физической (бумажной) системе, и только на основании добровольного согласия пациентов. Также, по письменному желанию пациента, электронный паспорт здоровья должен быть уничтожен, при имеющейся бумажной медицинской карте. 

 

В итоге, хотим отметить следующее: складывается впечатление, что Минздрав РК пытается перевести медицину в Казахстане из сферы обслуживания населения в сферу контрольно-надзорную и карательную, в которой "нерадивое" население будет принуждаться ("во их же блага") к медицинским процедурам путем давления, не оставляя в покое граждан даже после смерти. 

Вышеназванные инициативы Минздрава попирают наши права и свободы, подрывают наше доверие к отечественной медицине! 

В Ваших силах гарантировать гражданам Республики Казахстан соблюдение их законных прав и свобод, обеспечив тем самым наше доверие к системе здравоохранения и к Государству в целом!