Измените законы, провоцирующие бедность работников и "экономию" бюджетных средств

0 людей подписали. Следующая цель: 75 000


КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ:

Сегодня из-за передачи в 2000-е годы полномочий назначения размеров  зарплат  из ведения государства органам местного самоуправления, а также из-за Новой системы оплаты труда (НСОТ)  в России наблюдается "уникальное явление", по словам Ольги Голодец, - "бедность работающих". (Реквизиты указанных законов названы в конце полного текста петиции.) Сегодня  директор любой школы, больницы и под. имеет право с очень большой долей самостоятельности распоряжаться выделенным ему  бюджетом. В том числе может и экономить его. А потом, совершенно законно, имеет право из сэкономленных денег поднять "своим" сотрудникам зарплатные выплаты:   НСОТ позволяет  платить работникам одной должности и одной нагрузки зарплату с разницей в разы (через стимулирующие выплаты, которые на практике регулируются только совестью руководителя). Поэтому многие  (не все) руководители стремятся "экономить" на всем, чтобы перенаправить "приближенным" работникам побольше денег: "экономить" на сотрудниках, "экономить" на материалах, "экономить" на пациентах и т.д. То же происходит на уровне региональных Департаментов, Комитетов здравоохранения, образования, соцзащиты. Их управленческие решения направлены на такую "экономию".  В результате  бюджетные учреждения выполняют свои функции во все сокращающемся объеме. 

С другой стороны, в 2010 г. была введена   новая  система финансирования ГБУ  (см. часть 17 ст. 30 83‑ФЗ от 08.05.2010), по которой  практически все деньги, выделенные бюджетному учреждению, остаются у него, вне зависимости от того, сколько из них не портачено целевым образом ("сэкономлено"). В сочетании с НСОТ это породило законный механизм перевода бюджетных денег не на те цели, на которые они выделялись, а в зарплатные выплаты "своих" сотрудников.

НЕОБХОДИМО ЛИКВИДИРОВАТЬ НОВУЮ СИСТЕМУ ОПЛАТЫ ТРУДА И НОВУЮ СИСТЕМУ ФИНАНСИРОВАНИЯ  БЮДЖЕТНЫХ УЧРЕЖЕНИЙ, ПРОВОЦИРУЮЩИХ  РУКОВОДИТЕЛЕЙ НА "ЭКОНОМИЮ", ПРИВОДЯЩУЮ К ПОВСЕМЕСТНОМУ УМЕНЬШЕНИЮ ОБЪЕМА И КАЧЕСТВА ГОСУСЛУГ, К УМЕНЬШЕНИЮ ЗАРПЛАТ РАБОТНИКОВ, К СОКРАЩЕНИЮ РАБОЧИХ МЕСТ.

__________________

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ПЕТИЦИИ:

 

Президенту РФ Путину В.В.

Председателю Правительства Российской Федерации, председателю партии «Единая Россия» Медведеву Д.А.

Министру финансов Силуанову А.Г.

Министру здравоохранения Скворцовой В.И.

Министру образования и науки РФ Васильевой О.Ю..

Министру культуры Мединскому В.Р.

Министру труда и социальной защиты Российской Федерации Топилину М.А.

Президенту общероссийского объединения профсоюзов "Конфедерация Труда России", члену Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Кравченко Б.Е.

Уполномоченному по правам человека в РФ Москальковой Т.Н.

Председателю КПРФ Зюганову Г.А.

Председателю партии «Яблоко» Слабуновой Э.Э.

Председателю партии «Справедливая Россия» Миронову С.М.

Председателю Комитета гражданских инициатив Кудрину А.Л.

 

Уважаемые Владимир Владимирович, Дмитрий Анатольевич, Антон Германович, Вероника Игоревна,  Ольга Юрьевна, Владимир Ростиславович, Максим Анатольевич, Борис Евгеньевич, Татьяна Николаевна, Геннадий Андреевич, Эмилия Эдгардовна, Сергей Михайлович, Алексей Леонидович!

Прежде всего я хотела бы подчеркнуть, что я не прошу дополнительного финансирования для каких-либо лиц и структур, а наоборот, хочу сообщить, что столь необходимые в условиях кризиса средства для поддержки бюджетных организаций могут быть найдены в рамках существующей финансовой и административной системы. Для того, чтобы их найти не нужны сколь-либо масштабные реформы, а нужно только привести существующую систему финансирования в соответствие с потребностями государства, изменив нормы НСОТ – «новой системы оплаты труда», введенной в нашей стране в 2008 году, а также изменить систему финансирования бюджетных учреждений, введенную в 2010 году, в соответствии с которой, как правило, все деньги, выделенные бюджетному учреждению, остаются у него - вне зависимости от того, были ли они израсходованы по назначению.

Поразительно, но факт:  в нашем государстве около десяти лет назад были приняты законы, ликвидировавшие тарифную сетку и доверившие важнейшую сферу жизнедеятельности бюджетных работников - размер оплаты труда - органам местного самоуправления. На практике это привело не к демократии, а к запредельному авторитаризму работодетелей, и является главной причиной "уникального явления" нашей страны - "бедности работающих".

С другой стороны, в 2010 г. была введена   новая  система финансирования ГБУ  (см. часть 17, 18 ст. 30 83‑ФЗ от 08.05.2010), по которой  практически все деньги, выделенные бюджетному учреждению, остаются у него, вне зависимости от того, сколько из них не портачено целевым образом ("сэкономлено"). В сочетании с НСОТ это породило законный механизм перевода бюджетных денег не на те цели, на которые они выделялись, а в зарплатные выплаты "своих" сотрудников.

По ныне действующей системе все выделенные бюджетному учреждению деньги тратятся внутри него самого, при этом  все сэкономленные (не потраченные на предназначенные цели) средства бюджетного учреждения направляются на формирование стимулирующей части фонда оплаты труда данного учреждения   (см., например, п.3 Постановления № 1088-ППО Правительства Москвы). А затем директор практически самоуправно решает, каким именно сотрудникам их выплатить в виде стимулирующих надбавок и премий.  

Согласно официальному ответу директора школы, в которой я работаю: "любая экономия, которая возникает из средств бюджетных источников, направляется на заработные платы сотрудников". На практике, по слишком понятной и как бы даже предлагаемой условиями логике эти стимулирующие львиной долей (практически ничем не регулируемой по закону) переходят в зарплатные выплаты администрации и близких к ней лиц.

Таким образом, директор сегодня имеет вполне ясный экономический мотив уменьшать объем работ (или, как теперь принято говорить, услуг), выполняемых его учреждением, а также сокращать размер зарплат сотрудников, чтобы увеличить "экономию" и свои доходы. Это, с одной стороны, вызывает ухудшение качества здравоохранения, образования, соцобеспечения, что влечет за собой рост недовольства избирателей, а с другой стороны, приводит к усилению напряженности в рабочих коллективах из-за разницы в доходах.

Далее хотела бы привести несколько примеров таких действий, с которыми я столкнулась как учитель и просто как горожанка. Вот самый простой пример: в поликлинике, к которой я прикреплена, поменяли часы, когда можно делать уколы, на интервал с 11.00 по 13.00 и с 14.00 по 17.00 часов (ранее было время с 8.00 по 10.00). Естественно, почти ни один работающий пациент не сможет воспользоваться этой услугой и количество пациентов сокращается. Теперь можно перевести медсестру на полставки (работы у нее стало меньше) и увеличить фонд экономии. Таких примеров можно приводить десятки: опытный администратор всегда найдет, на чем сэкономить. Так, например, директор московской школы «Технологии обучения» для детей-инвалидов «экономит» более половины бюджета, поступающего на обучение учеников (подробности отражены в имеющейся в интернете Петиции "Руки прочь от денег детей-инвалидов!"). Список этот может быть легко продолжен.

При этом только официально, по закону (сочиненному самими же управленцами «под себя»), зарплата руководителя бюджетного учреждения сейчас в 3–8 раз больше, чем средняя зарплата работника. То есть только базово (без премий) директор школы, например, в среднем, получает минимум 4,5 ставки учителя (соотношение должно быть «один к трем», но учителя сейчас по статистике работают в среднем на полторы ставки, чему часто активно способствуют руководители школ). Такая разница в зарплате совершенно не соотносится с затрачиваемыми рабочими усилиями директоров.

НСОТ позволяет каждому коллективу утверждать собственное Положение об оплате труда. Это Положение может не соответствовать типовому или рекомендациям по разработке Положений: рекомендации носят именно рекомендательный характер, их можно не соблюдать. Решением коллектива (который на практике голосует за все, что напишет администрация) принимаются ухудшающие права работников Положения об оплате труда.  Юридически оспорить Положение об оплате труда, принятое коллективом, невозможно.

 Однако самые впечатляющие по масштабам мероприятия по созданию фонда экономии (с последующим распределением в собственные карманы) происходят на уровне региональных Департаментов и Комитетов здравоохранения, образования, соцзащиты и т.п. Здесь куются местные «реформы», позволяющие с самого начала большую часть денег, выделенных из бюджета, оставить нетронутыми («сэкономленными»). Именно для этого была придумана «оптимизация» системы здравоохранения и управления образованием. Так, «оптимизация» московского здравоохранения превосходит всякое воображение. Например, после январского приступа желудочной колики моей четырнадцатилетней дочери мы попали к гастроэнтерологу через 3 недели, а дозвониться по единственному на весь округ телефону для записи на гастроскопию так и не смогли в итоге. После ликвидации детской больницы № 3 в Измайлове ближайшей стала Русаковка. Врачи скорой открыто говорят: «Если будет что-то тяжелое, просто не успеем ребенка до больницы довезти». Это в Москве. А что же происходит в регионах? Вопиющие факты современного положения дел в здравоохранении, факты роста смертности, в том числе детской, изложены, например, на сайте «Нет реформе здравоохранения». Самое циничное – отказ детям в инвалидности, см. об этом петицию «Прекратите лишать детей инвалидности!!!»,  например, а также ликвидации домов инвалидов (см. например, о ликвидации школы-интернат  № 2 для грухих детей в Саратове).

А Департамент образования г. Москвы придумал такой замечательный способ «экономии»: с сентября 2014 года был изменен порядок финансирования школ. Школы получили сразу не все деньги, а только половину (госуслуги). Вторую половину (госработы) надо было обосновать заявкой и получить после «одобрения» Департамента. Деньги на госработы практически никому не выдали вовремя: плохо информировали директоров о том, как надо подавать заявки на госработы (возможно, намеренно), не удовлетворяли вовремя эти заявки и т.п.. «Сэкономил» Департамент образования трудно представимую сумму, по-видимому, близкую к половине бюджета, выделенного на московское образование. Интересно было бы узнать, какие зарплаты были начислены его руководству в декабре 2014 года в виде премий и стимулирующих выплат.

 С января 2016 г. изменили порядок финансирования детских садов: Департамент образования сообщил, что детсады не выполнили госзадание в полном объеме за предыдущий финансовый год, потому что деньги выделялись с расчетом, что каждый ребенок ходит в сад каждый день. А дети болели и т.п. Поэтому Департамент посчитал среднюю по саду цифру, сэкономленную за счет отсутствия детей, и в 2016 г. сократил выделенные саду деньги – с перспективой, что в 2016 году дети будут болеть ровно столько же, сколько в 2015 г. Еще один способ экономии такой: в результате «оптимизации» московских детей до 3 лет в госучреждения можно устроить только на 3 часа в день. Далее – выкручивайтесь, как хотите. Эти примеры я узнаю, в основном, из разговоров с родителями детей. Понятно, что приведенные факты – капля в море вакханалии всеобщей экономии в частных интересах. При этом правительство отчитывается о том, что число мест в детских садах значительно выросло и очереди практически ликвидированы. Но оно умалчивает, что это достигнуто таким чиновничьим изобретением: формируется "списочный состав" групп чуть не до 45 человек. 

Множество фактов об «оптимизации» образования в Москве приводится, например, в петициях «Отправить в отставку руководителя образования Москвы И.И.Калину», «Спасите систему образования для детей с ограниченными возможностями здоровья в г.Москве». Об «оптимизации» в вузах см., например, петицию «Остановите разгром МПГУ» и материал о ликвидации Иркутского лингвистического института.

 Существует опасение, что помимо этих реформ прямой «экономии» в руках Комитетов и Департаментов имеется еще одно трудно доказуемое средство «экономии»: с ними «делятся» директора бюджетных учреждений. Поскольку по закону сейчас можно уволить любого директора без объяснения причин (п.2, ст. 278 ТК), директор полностью зависим от учредителя (региональных Департаментов, Комитетов и т.п.). На все руководящие посты назначаются «свои» сотрудники: те, кто будет «делиться» с органом-учредителем, который гарантирует их «непотопляемость».

Пример – «случай И.Ю. Шпитальской», директора Санаторно-лесной школы номер 7 в Подмосковье. Вот фрагмент статьи "Комсомольской правды", от 28 февраля 2013 года, о проведенной в Лесной школе проверке:

«Но больше всего нарушений ревизоры нашли в специальной летней школе №7 для детей с ограниченными возможностями… Там нарушили все, что только можно было... Вот только несколько фокусов с разоблачениями, которые удалось выявить. Родителей, сопровождавших своих детей-инвалидов в летнюю школу, оформляли младшими воспитателями. Им начисляли зарплату, но на руки не выдавали ничего. Пока подтверждено хищение таким способом 1,4 миллиона рублей. Некоторые хитрости с начислением заработных плат персоналу принесли еще 4,3 миллиона незаконных бюджетных рублей. Работников заставляли обналичивать премии и отдавать их администрации. Уже доказано получение таким способом 1,7 миллиона рублей. Разные нарушения по ремонту вылились в 2,3 миллиона рублей неправедного дохода администрации… В итоге … насчитали злоупотреблений на 41,5 миллиона рублей. Материалы переданы полиции, директор отстранена от работы».

Однако, после этого директор И.Ю. Шпитальская, допустившая все эти нарушения, стала работать директором московского Детского Дома для умственно-отсталых детей № 8 (Москва), а затем  директором  Центра содействия семейному воспитанию «Вера. Надежда. Любовь», в который помимо указанного Детского дома вошел еще один: ГКУ Специализированный дом ребенка №25 для детей с органическим поражением центральной нервной системы и нарушением психики.  Никакой ответственности за свои действия на посту директора Санаторно-Лесной школы 7 И.Ю.Шпитальская так и не понесла. И таких шпитальских среди наших управленцев немало.

Также НСОТ создала огромную социальную напряженность: она априорно поставила работника и работодателя в отношения бизнес-партнеров с противоположными интересами – чем меньше директор заплатит работникам, тем больше поступит в фонд экономии, а затем распределится в виде стимулирующих между администрацией и «своими» сотрудниками. Директора делают все, чтобы уменьшить объем работ, выполняемых их организациями, и сократить число рабочих мест. Это приводит к росту безработицы и превращает уволенных работников-бюджетников из специалистов  в людей, вынужденных браться за любую неквалифицированную работу, чтобы выжить (представьте себе моральное состояние такого человека!). В школах Москвы это приводит также  к таким последствиям: директора стремятся уволить опытных знающих учителей (им надо платить надбавки за квалификацию, за научную степень и т.п.) и набрать учителей из соседних областей – желательно только что окончивших вузы (чтобы не платить надбавки).  При этом любому сотруднику бюджетного учреждения – врачу, учителю – посмевшему поднять голос в защиту работников, создают такие условия, что он вынужден уволиться. 

На практике правила введения системы оплаты труда совершенно не соблюдаются: администрации вводят Положения об оплате труда «под себя». Например, администрация бюджетной школы ЦО «Технологии обучения» (Дорогомилово) ввела с  огромным числом процессуальных нарушений не соответствующее законодательству Положение об оплате труда, позволяющее «своим» сотрудникам платить за ставку работы базовую зарплату в 3–4 раза больше. На жалобу профкома прокуратура ответила отпиской. И не удивительно: прокуратуры, инспекции по труду сейчас завалены жалобами. Они пишут отписки. И их можно понять: объем нарушений чудовищен. Госаппарат просто с ним не справляется. 

Из-за НСОТ социальная напряженность постоянно растет. Работники видят, как бюджет расходуется нецелевым образом. Администрации жируют, а у многих работников в результате НСОТ зарплаты упали (хотя по закону этого не должно быть). При этом учредители бюджетных учреждений (Департаменты, Комитеты и т.п.) отчитываются цифрами «средней зарплаты». Например, нас уверяют, что средняя зарплата московского учителя чуть не 80 тысяч рублей. Эта средняя складывается из чуть не 150-200 тысячных зарплат отдельных учителей  (приближенных к администрации) и довольно низкой зарплаты обычных учителей (за которую они работают не на ставку, а на полторы-две, по статистике).

( Зарплаты провинциальной администрации отражены, например, здесь: видно, что  директора захолустных школ получают даже больше директора районной школы: по 50-60 тыс (это на 2014 год), а главврач районной больницы получает  100 тысяч рублей, при том, что другие врачи получают не больше 20.)

Вот рассказ бывшего преподавателя Национального исследовательского ядерного университета «МИФИ» Татьяны Надточиевой: «В МИФИ, Москва, откуда я ушла на пенсию в 2011, ректор с гордостью докладывал общему собранию о «средней» (зарплате) по институту в 40 тыс.рублей. В ответ поднимались с мест академики и профессора, заслуженные мужи и требовали: «Покажите нам пальцем на тех, кто получает такие деньги!». Позднее институтские «умельцы-хакеры» взломали базу бухгалтерии и вынули оттуда расчетные листы самого ректора и его приближенных, - рассказывала Татьяна Надточиева. - Распечатали их и оклеили ими столбы и деревья на территории для ознакомления всех желающих. Так вот у ректора и компании зарплата за месяц доходила до 2-2,5 миллионов рублей, у рядовых едва ли 20-25 тыс.руб. У меня на момент ухода ставка была 7 тыс.р., потому я работала только на полставки 3,5 тыс.р, чтобы иметь время где-то что-то ещё ухватить».

Нетрудно посчитать, что преподавательская ставка в 7 тыс. р. меньше ректорской зарплаты более чем в 200 раз.

Из-за неконтролируемой «экономии» социальная напряженность постепенно подходит к критическому состоянию. В Тульской области учителя получают уже по 90 рублей за урок и выходят на площадь бастовать из-за нищенских зарплат (на практике ничто не мешает директору сокращать и сокращать зарплату работнику). В Астрахани отдельные категории малоимущих обречены на голод (власти своим приказом отменили бесплатные школьные обеды и отказываются выплачивать минимальное единовременное вспомоществование). Выступление перед депутатами главы Следственного комитета Иркутской области как по нотам описывает страшные последствия НСОТ, приведшие к детским смертям в интернате  для детей-инвалидов. Вот фрагмент этого выступления:  "При увеличении количества находящихся детей в 3 с лишним раза штат был увеличен на 24%. Нагрузка на работника выросла почти в 3 раза. Зарплата же при этом уменьшилась также в 2 - 3 раза. При этом, заметьте, количество врачей вообще не увеличилось – на 102 ребенка 1 педиатр." И т..п.

 В целом, стремление руководителей сэкономить любыми средствами обусловленно следующими законами:

       1. В РФ  государство полностью самоустранилось от  назначения  размера зарплат работникам бюджетных и муниципальных учреждений, передав эти полномочия органам местного самоуправления, согласно ФЗ от 6 октября 2003 г. № 131 с изменениями и дополнениями, а также согласно 144 Ст.ТК РФ.  Это подтвердил во время июньской прямой линии 2017 года и В.В.Путин: «У нас деньгами учителей и определением уровня заработной платы распоряжается сама школа, она определяет штатное расписание и доплаты к окладу...»

         На практике  размеры зарплат определяет не орган местного самоуправления, а  администрация[1]. Поскольку речь идет о больших деньгах, члены не «карманных» профсоюзов, пытающиеся защитить права работников, подводятся ею под увольнение. Президент не полно обрисовал ситуацию: школа определяет не только доплаты, но и размер окладов. На практике они назначаются совершенно произвольно под конкретных людей [2].

        2.   Действующая Новая система оплаты труда (НСОТ) позволяет  законно платить сотрудникам одной должности и одной нагрузки зарплату с разницей в разы. Об этом публично заявила министр О.Ю.Васильева: «Мои коллеги, департамент контрольно-ревизионной деятельности, сделали уже целую подборку схем, как руководство вузов, повышая достаток только отдельных, приближенных, преподавателей, фактически не повышает зарплату педагогического коллектива. По принципу у тебя 20, у меня 120, а средняя у нас 70»[3].  Несправедливость, нищенские зарплаты большинства сотрудников, произвол администрации в выплате стимулирующих – реалии современности, порожденные НСОТ.

  3. В 2010 году был изменен порядок распоряжения деньгами, не потраченными бюджетным учреждением по назначению.  Согласно части 17 Ст. 30 83-ФЗ от 08.05.2010 г. все деньги, выделенные бюджетному учреждению, как правило, остаются у него. При этом  по закону (например, для Москвы это  п.3 Постановления Правительства Москвы № 1088-ППО от 28 декабря 2010 г.) «сэкономленное» - на зарплатах работников, на услугах гражданам, на коммунальных услугах и т.п. – направляется в «стимулирующую часть фонда оплаты труда». А решение о том, кому именно платить стимулирующие выплаты, на практике регулируется только совестью администратора.

                    Руководитель понял, что по закону он может перераспределять сэкономленные бюджетные средства в зарлату отдельных сотрудников учреждения, и начал всемерно «экономить» - оптимизировать. 

           Представляется, что наличие законной возможности перевода сэкономленных денег в стимулирующие выплаты породило по крайне мере три этапа «экономии», которые проходят деньги, выделенные из федерального бюджета и направленные в регионы:

1) на уровне распределения средств  региональным Департаментам и Комитетам по образованию, здравоохранению  и т.п. Региональные власти принимают управленческие решения, направленные на то, чтоб часть выделенных денег не дошло до региональнов Комитетов и Департаментов. А затем эти же власти принимают  законы, узаконивающие повышение размера им же стимулирующих выплат. Например, Законодательным  собранием Челябинской области от 22.12.2016 г. № 784 увеличен размер ежемесячногоденежного поощрения гражданских служащих с двенадцати должностных окладов до тридцати восьми должностных окладов.Увеличен размер премии за выполнение особо важных и сложных заданий с двух до тринадцати денежных вознаграждений для лиц, замещающих отдельные государственные должности Челябинской области. А уж кому платить ежемесячно просто должностной оклад, а кому тридцать восемь таких окладов, регулируется только совестью руководителя.

2) на уровне региональных  Комитетов и Департаментов. Например,  для проверки моего предположения, что сэкономленные  миллиарды(!) переходят в зарплаты сотрудников Департамента образования Москвы  достаточно запросить справки  2НДФЛ его сотрудников в Налоговой инспекции.

3) На уровене школ, вузов и других бюджетных учреждений.  Например, в ГБОУ ЦО «Технологии обучения» (Москва), откуда меня уволили  за мою общественную деятельность с формулировкой «по сокращению численности сотрудников» (несмотря на то, что мои ученики заняли 1ое место во Всероссийской олимпиаде как раз накануне), на вскидку  экономится три четверти бюджета школы.  Бюджетные деньги, выделенные на индивидуальное обучение детей-инвалидов, переводят в стимулирующие выплаты приближенных сотрудников. Прошу запросить в Налоговой инспекции № 30 города Москвы справки 2НДФЛ тридцати  топзарплат сотрудников.  И тогда мы поймем, как на практике расходуются бюджетные средства.


          Наличие законной возможности перевода сэкономленных денег в стимулирующие выплаты стало реальной причиной реформ, практика которых вызывает все большее напряжение в обществе: объединение школ, закрытие школ и вузов, "бумажная" инклюзия,  сокращение предметов (родного языка и т.п.). Каждый администратор придумывает все новые способы «экономии», бюджетные функции государства сокращаются, как шагреневая кожа.  Государство разрушается.


[1] При этом системы оплаты труда учреждений должны устанавливаться с учетом Рекомендаций, разработанных Российской трехсторонней комиссией по регулированию социально-трудовых отношений. Однако все администраторы овладели информацией, что Рекомендации с юридической точки зрения носят именно рекомендательный характер, если Положение об оплате труда учреждения не соответствует Рекомендациям,  оно все равно законно. Оспорить его в суде  невозможно.
[2] При том, что оклад назначается произвольно администрацией  и законно  может быть ниже МРОТ, работодатель имеет право по закону вовсе не платить стимулирующую часть зарплаты: согласно Определению Верховного суда от 27.11.17 г. N 69-КГ17-22,  «выплата стимулирующих надбавок является правом, а не безусловной обязанностью работодателя». То есть даже через суд работник не может претендовать на  выплату стимулирующих.
[3] См. публикацию на официальном сайте Минобрнауки РФ «В Москве обсудили финансовую политику Министерства образования и науки Российской Федерации» от  29 ноября 2017 года.                      

Ирина Канторович, к. ист. н., преподаватель

Контакты: irinakant3@gmail.com

 



Cегодня Ирина рассчитывает на вас

Ирина Канторович нуждается в вашей помощи с петицией «Измените законы, провоцирцющие "бедность работников" и "оптимизацию"». Ирина и 64 879 участников этой кампании рассчитывают на вас сегодня.