О недопустимости на законодательном уровне введение реформы по "Адвокатской монополии"
Проблема
Председателю Правительства
Российской Федерации
Мишустину Михаилу Владимировичу
Адрес: 103274, г. Москва,
Краснопресненская набережная, дом 2
________________________________________
От Лукьянова Алексея Борисовича
Адрес электронной почты:
lukyanov.aleksej.2014@mail.ru
ОБРАЩЕНИЕ
по вопросу «адвокатской монополии» - реформы профессионализации судебного представительства и прекращении действий Министерства Юстиции РФ, способных привести к нарушению гражданских и конституционных прав граждан Российской Федерации
Уважаемый Михаил Владимирович!
Министерство юстиции Российской Федерации 19 декабря 2024 года выступило с публичным заявлением о подготовке концепции будущего проекта Федерального закона, согласно которому представлять интересы граждан в судах смогут исключительно лица, имеющие статус адвоката.
Согласно информации, размещенной в публичном доступе, ведение вышеуказанного законопроекта предполагается осуществить в 2025 году.
Иными словами Министерство юстиции инициировало подготовку к введению в Российской Федерации режима «адвокатской монополии» на судебное представительство, что явно противоречит основополагающим положениям Конституции Российской Федерации.
Важно отметить, что гарантируемые Конституцией Российской Федерации поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности, признание и равная защита различных форм собственности, право каждого на использование своих способностей и имущества для предпринимательской деятельности и иной не запрещенной законом экономической деятельности, право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ст. 8 и 34; ст. 37, ч. 1) создают правовую основу для осуществления юридическими лицами и физическими лицами – индивидуальными предпринимателями деятельности по оказанию юридических услуг.
К их числу относятся организации и частнопрактикующие юристы, предмет деятельности которых – осуществляемое на основании соответствующих гражданско-правовых договоров оказание юридической помощи другим организациям и гражданам, в том числе путем судебного представительства», что находит правовое обоснование в правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении от 16 июля 2004 года за № 15-П.
Минюст РФ так и не смог ответить на прямой вопрос, поставленный в одном ранее направленном обращении о том, каким образом планируется введение «профессионализации судебного представительства» в арбитражном судопроизводстве, с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 16 июля 2004 года за 15-П «По делу о проверке конституционности ч. 5 ст. 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области, Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда организаций и граждан»?
Указанным постановлением Конституционного суда РФ однажды уже признал «адвокатскую монополию» в арбитражном процессе неконституционной, и в соответствии с ч. 2 ст. 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года за № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» юридическая сила постановления Конституционного Суда Российской Федерации о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта.
Разве представляется возможным себе представить, что в Российской Федерации можно попытаться обойти указанную выше норму ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», путем принятия того же закона, который был признан неконституционным ранее?
Соответственно возникает обоснованный вопрос, а к каким же последствиям для государственной, правовой, судебной системы РФ это может привести?
Уверен, что законодательно невозможно введение в Российской Федерации режима «адвокатской монополии» на судебное представительство, поскольку это противоречит основополагающим положениям Конституции Российской Федерации.
Из всего объема юридических услуг почему-то взято только судебное представительство, как наиболее прибыльное, которое согласно законопроекта передается адвокатуре, как части юридического сообщества, в результате чего возникает неестественная монополия, и создается барьер для входа на рынок юридических услуг, в части судебного
представительства по гражданским, административным и арбитражным делам, что является нарушением антимонопольного законодательства, если смотреть на вопрос не абстрактно, а с точки зрения уже существующего рынка юридических услуг.
Лицензирование, или аккредитация, которые являются общепринятыми правовыми способами государственного контроля качества какого-либо вида деятельности и формой допуска к осуществлению деятельности, заменяются в данном случае почему-то контролем адвокатуры (частного сообщества), которая сама нуждается в точно таком же контроле, и которая, кроме профессиональной этики, сама не имеет четких критериев качества услуг, в виде нормативного акта, имеющего обязательную юридическую силу.
Часть юридического сообщества – адвокатура, почему-то ставится в привилегированное положение, по отношению к остальной части юридического сообщества – большей (частнопрактикующим юристам-самозанятым, ИП, юридическим фирмам), и адвокатура почему-то презюмируется как мерило качества и честности, по отношению к остальной части юридического сообщества.
Реформа в предложенном виде не создает никаких «единых правил» допуска к юридической профессии, как это утверждается, так как судебное представительство является только частью юридических услуг, и не помешает открывать недобросовестным лицам «юридические консультации» и осуществлять свою деятельность.
Важно отметить, что реформа создаст огромные, возможно и непреодолимые «трудности перехода» для десятков тысяч добросовестных участников рынка.
Если адвокатская монополия объясняется заботой о благе именно граждан, то есть, физических лиц, то зачем тогда адвокатская монополия нужна и в арбитражном процессе?
Кроме того, подведомственность арбитражных судов - это споры, вытекающие из предпринимательской деятельности, стороны в арбитражном процессе – предприниматели и юридические лица. Нужна ли им такая «забота»? Они просили о такой заботе? А если нет,
то зачем монополия и в арбитражном процессе тоже, а не только по делам, подведомственным судам общей юрисдикции по Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации?
Если целью реформы является контроль вообще за всей сферой юридических услуг, оказываемых в коммерческом секторе, то почему реформой охватывается только судебное представительство, как часть юридических услуг?
Судебное представительство - это не все юридические услуги, есть еще юридические консультации, подготовка и проверка юридических документов, в т.ч. процессуальных, а также договорная работа – подготовка и проверка договоров, соглашений, и т.д. И эти услуги оказывают также, и юр. фирмы, и частные юристы.
Как говорили сенаторы, на одном совещании по данной теме, что нужно сделать так, чтобы недобросовестные юристы, а также мошенники, маскирующиеся под «юридические конторы», вообще не допускались до граждан, так вот, адвокатская монополия на судебное представительство не решает этой задачи, мошеннические «юридические конторы» по-прежнему будут существовать, и обманом смогут брать средства у граждан за несуществующие «юридические услуги», только не судебные, а другие, а граждане не смогут разобраться, где действительно нужен судебный процесс, а где нет.
Кроме того, в результате реформы, в предлагаемом виде, стороны в частности, граждане, в судах общей юрисдикции сами смогут сами вести свои дела непосредственно в суде, в порядке самозащиты, а процессуальные документы, правовую позицию и
доказательства, им по-прежнему сможет подготовить любой юрист, к которому можно обратиться и неофициально (уход в «серый» сегмент рынка).
Таким образом, реформа не отвечает заявленным целям, и она, в таком случае, со стороны выглядит лишь формально, как предоставление «ярлыка» на поход в процесс лицам, получившим статус адвоката. В данном случае, очевидно, не учитывается, что
большая часть юридической работы представителя, особенно в арбитражном процессе – это не некое «судоговорение» (то есть участие в судебном процессе как в телешоу), а предшествующая этому юридическая работа – выработка правовой позиции, сбор и
подготовка доказательств, и т.д. И в данном случае эта работа по-прежнему сможет быть сделана любым частнопрактикующим юристом, а сторонам нельзя запретить вести в суде свои дела лично, и они будут это делать сами, на основании процессуальных документов,
подготовленных частнопрактикующими юристами.
В соответствии с подп. 1 и 2 п. 2 ст. 17. ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», прекращение статуса адвоката за нарушение профессиональной этики и неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей является ПРАВОМ, а не обязанностью адвокатской палаты.
Важно отметить, что никакой иной ответственности законодательство об адвокатуре не предусматривает.
Что касается обязательного всеобъемлющего контроля за деятельностью адвокатов, и проведение плановых или внеплановых регулярных проверок их деятельности самим же адвокатским сообществом, то закон об адвокатуре вообще таких понятий не знает, никаких полномочий по проведению проверочных мероприятий у адвокатуры нет, поэтому никакие адвокаты не проводят сейчас и не будут проводить проверок деятельности всех адвокатов страны, а это около 80 тысяч адвокатов ежегодно, в обязательном порядке, и так каждый год, на предмет недобросовестной их деятельности, злоупотреблений и нарушений.
Они смогут охватить только малую часть случаев, по которым будет получена жалоба от клиента, а это единичные проценты случаев.
Таким образом, надлежащий государственный контроль за сферой юридических услуг, вообще всех юридических услуг, если это так важно – не создается, не возникает, а подменяется контролем со стороны частного профессионального сообщества, у которого
нет обязанности исключать даже недобросовестных судебных представителей, а только право, и у которого тоже нет Правил, регламентирующих содержание, качество и порядок
оказания судебно-представительских услуг.
Как было сказано выше, вне контроля адвокатуры, в результате реформы, останутся все юридические фирмы и частнопрактикующие юристы, оказывающие иные юридические услуги.
Очевидно, что адвокатура, как узкое частно-профессиональное сообщество юристов-представителей по уголовным делам, какой она всегда была, и для чего она и задумывалась, не сможет заменить собой институт государственного контроля за качеством всех вообще
юридических услуг в стране, и надзора за нарушениями прав физических и юридических лиц в этой сфере.
Контрольно-надзорная деятельность – это сложная комплексная деятельность, которая предполагает, во-первых, государственные полномочия, которыми наделить адвокатуру по определению невозможно, и, во-вторых, предполагает специализированную работу нескольких государственных органов – Роспотребнадзора, Минюста, прокуратуры, а также правоохранительных органов, в случае мошенничества.
Для всего этого необходимы полномочия и обязанности должностных лиц по контролю, оплата их труда, создание условий для их работы – материально-технического
обеспечения, помещений, оргтехники, и т.д., в каждом субъекте федерации.
Очевидно, что эта деятельность предполагает бюджетное финансирование и прямое государственное управление, и очевидно, что адвокатура – не государственный орган, и не будет все это делать должным образом «на общественных началах», так как не имеет для этого ни должностных лиц, ни зарплаты, ни полномочий.
Переход частнопрактикующих юристов в адвокатуру – вынужденный и под угрозой
лишения доходов от возможности оказывать услуги по судебному представительству по
гражданским делам, что соответственно повлечет существенное ухудшение их положения, так как для малого бизнеса в этой сфере будет невозможно применять налоговый режим самозанятых, возникает необходимость уплаты фиксированного платежа, размер которого часто не позволяет его платить даже действующим адвокатам, ввиду временного отсутствия клиентов и нерегулярного характера доходов.
В результате реформы значительная часть юристов вынуждена будет уйти с рынка, что разрушает сложившиеся и годами налаживавшиеся связи, лишая юристов годами наработанных клиентов, которые, конечно же, перейдут к существующим адвокатам – в
результате, можно предположить, и произойдет передел рынка, в пользу существующих адвокатов и не в пользу частнопрактикующих юристов.
Можно предположить, что в результате реформы большое количество добросовестных участников рынка будет вытеснено с рынка юридических услуг, не потому, что они плохо работали, и не потому, что их клиенты были недовольны ими, а потому, что они не смогут платить взносы в адвокатские структуры и фиксированный платеж.
Как известно, сейчас размеры вступительного взноса в адвокатуру составляют 200-500 тысяч рублей, и более, что в свою очередь лишит сотни тысяч юристов от возможности продолжать свою профессиональную деятельность.
Переход частных юристов в адвокатуру повлечет необходимость платить «за статус», что является одним из ключевых недостатков формы работы адвокатов, т.е. необходимость
ежегодного внесения фиксированного страхового взноса, и уплаты членских взносов в адвокатских образованиях, вступление в которые для адвокатов является обязательным в
силу закона, то есть, сам статус адвоката может стать убыточной обременительной обязанностью, в случае отсутствия клиентов.
Можно ли сделать переход в адвокатуру «комфортным»? В этом случае адвокатура должна быть полностью «бесплатной» для юристов, чтобы не было ни вступительного взноса, ни текущих, что неприемлемо и невозможно уже для самой адвокатуры.
Считаю, что необходимо уделить внимание, что решение вопроса об экономии бюджетных средств не находится в компетенции Министерства Юстиции РФ, поэтому в этой части он уже, вероятно, вышел за пределы своих полномочий.
Решать, нужно ли экономить на реформе, проводя ее таким образом, должны другие ведомства.
Данный вопрос в компетенции профильного комитета Государственной Думы РФ, Министерства Финансов РФ, Федеральной налоговой службы.
Оценочно, ситуация выглядит так, что министерство просили разработать хорошую реформу регулирования качества рынка юридических услуг, а оно стало изыскивать способы, как сэкономить государственный бюджет, в результате не нашлось ничего лучше,
как сэкономить на нас, юристах, и возложить на нас самих же финансирование всей системы контроля.
Считаю, что такая «экономия» на нас юристах – неприемлема.
В случае, если часть юристов не сможет по указанным выше причинам перейти в адвокатуру, то соответственно будут разрушены деловые связи, которые налаживались годами, между юристами, и их клиентами.
С моральной точки зрения, субъективно, это можно воспринимать как наказание без вины, и лишение клиентов (здесь речь идет, прежде всего, о клиентах – юридических лицах, по договорам на юридическое обслуживание).
Недопустимо «резать по живому» сложившийся рынок.
Если уж и хотели вводить адвокатскую монополию – то это надо было делать в 1991 году, то есть, когда рынок начал формироваться с нуля, но не сейчас, когда сформировалась годами клиентская база из числа физических и юридических лиц.
Теперь же, введение ее в условиях сложившегося рынка, будет воспринято негативно, и
будет противоречить общему принципу, что новое государственное регулирование не
должно наносить ущерба существующим правам и интересам.
Как сказано в Концепции регулирования рынка профессиональной юридической
помощи 2017 году, по данным Федеральной налоговой службы Российской Федерации, по
состоянию на конец 2016 года в Едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения о 55376 не прекративших деятельность юридических лицах, указавших в качестве основного вида деятельности деятельность в области права (коды 69.1 и 69.10 «Деятельность в области права» по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности ОК 029-2014 (КДСЕ ред.2).
В едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей числится 27206 не прекративших деятельность индивидуальных предпринимателей, указавших в качестве основного вида деятельности деятельность в области права. Это данные на 2016 год.
То есть, по мысли авторов реформы – более 50 тыс. юридических фирм, десятки тысяч ИП, а теперь еще и самозанятых – должны полностью изменить свою работу, закрыть фирмы, создававшиеся годами, начать все с нуля, попытаться сдать экзамен, заплатить 200-500 тыс. рублей вступительного взноса и т.д.
На мой взгляд, такое массовое воздействие на рынок будет иметь разрушительные последствия, и не оправдано никаким благими целями.
Совершено очевидно, что теперь, когда рынок давно сложился и «устоялся», легче будет создать альтернативную систему правового регулирования, и распространить законом ее действие на лиц, оказывающих услуги судебного представительства, чем устроить такую
грандиозную «встряску» для 80 тысяч предпринимателей и юридических лиц!
Ясно, что в адвокатуру смогут перейти далеко не все.
Существенное снижение числа юристов, оказывающих услуги судебного представительства на рынке юридических услуг, может повлечь значительное повышение цен на услуги судебных юристов (тогда уже адвокатов), что, в совокупности с уже сделанным повышением госпошлин будет означать исчезновение доступности судопроизводства для значительной части населения и «Простой человек» за разрешением спора в суд уже не пойдет, поскольку будет непосильно дорого, нанять адвоката будет равно или выше месячной зарплате, а не 25-30 тыс. как сейчас, плюс еще и повышенная госпошлина, что будет означать произвол крупных корпораций, снижение качества товаров и услуг, обращение за разрешением споров к криминалу, как следствие, рост преступности, и снижение уровня правозащиты в целом, удар по авторитету судебной власти и государства в целом.
В результате это может привести к обратному эффекту, где отрицательные последствия значительно перекроют те незначительные плюсы, которые можно предположить от «адвокатской монополии».
Все это может отбросить состояние правозащиты в стране на 30 лет назад, к уровню 90-х гг., или стран «третьего мира», где нанять адвоката может себе позволить только богатый.
Судя по всему, баланс между обеспечением граждан квалифицированной юридической помощью, с одной стороны, и качественным государственным регулированием этой сферы, с другой, в концепции реформы, к сожалению, не найден.
Реформа адвокатской монополии, в таком виде, на мой взгляд, неприемлема, потому что она разработана без участия большей части участников рынка юридических услуг, в лице частнопрактикующих юристов - самозанятых, ИП, юридических фирм.
_______________________________
* Оценка указанных негативных последствия является субъективной и оценочной
Фактически нас юристов не допустили к обсуждению реформы на различных «площадках», наше мнение учтено не было.
Важно отметить, что на всех обсуждениях участвовали только представители адвокатуры, которым реформа ничем не грозит, и Министерства Юстиции РФ, а тех, кого реформа больше всего затрагивает, чьи гражданские и конституционные права и законные интересы потенциально нарушает – не приглашали на обсуждение.
Полагаю, что это произошло потому, что у частнопрактикующих юристов нет организации, защищающей их права на всех уровнях государственной власти.
Действия Министерства юстиции РФ по подготовке к введению режима «адвокатской монополии» на судебное представительство, безусловно серьезно:
- затронут жизненно важные интересы большинства юристов страны, и приведут к массовой потере источников дохода к существованию граждан – профессиональных юристов, осуществляющих судебное представительство на профессиональной основе, и членов их семей;
- существенно затруднят гражданам России доступ к правосудию (ст. 18, ст. 19, ч. 1 ст. 46 Конституции РФ);
- однозначно приведут к снижению качества оказываемых юридических услуг;
- однозначно повысят цены на услуги по судебному представительству для граждан и юридических лиц.
Все вышеизложенное в итоге приведет к дестабилизации внутренней социально политической ситуации в стране.
Считаю важным отметить, что в юридической профессии мой профессиональный путь начат с 2008 года, что по настоящие время составляет 17 (семнадцать) лет и за данный период моей профессиональной деятельности мною постоянно ведется работа по повышению своего образовательного и профессионального уровня, отслеживаю изменения в законодательстве Российской Федерации, изучаю судебную практику в т.ч. обзоры, разъяснения и определения Верховного суда РФ в сфере гражданско-правовых отношений, погружен в юридическую науку.
Мне нравится моя профессия и я с полной отдачей посвящаю себя работе по судебной защите прав граждан и юридических лиц, и их интересов, всегда с принципиальной, процессуально верной и законной позицией стою на страже по защите интересов мною уважаемых доверителей.
Также и мною уважаемые мои коллеги юристы являются хорошими профессионалами в той или иной области права, имеют хорошую судебную практику и необходимый опыт, наработанные годами клиентские базы и авторитет в профессиональном сообществе.
Считаю целесообразным разработать законопроект по введению на законодательном уровне допуск лиц, участвующих в судах первой инстанции и мировых судов только исключительно при наличии высшего юридического образования, полученного в ВУЗе имеющего государственную аккредитацию, что действительно будет являться действенной и эффективной мерой, которая действительно и реально позволит убрать с юридического рынка «представителей» без специальной профессиональной подготовки, достаточных юридических знаний и необходимого опыта, в т.ч. риелторов и мошенников.
Режим «адвокатской монополии» на судебное представительство нарушит гражданские и конституционные права огромного числа специалистов в области права и граждан на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом, экономической деятельности, а также на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии.
На основании вышеизложенного и руководствуясь Конституцией Российской Федерации,
ПРОШУ:
1. Принять все находящиеся в Вашей компетенции меры, в целях устранения предполагаемых нарушений конституционных прав граждан России по прекращению работы по подготовке проекта федерального закона, согласно которому представлять граждан в судах смогут исключительно адвокаты и не допустить проведения реформы судебного представительства в предложенном виде Федеральной палатой адвокатов и Министерством юстиции Российской Федерации .
2. Дать поручение Министерству Юстиции Российской Федерации о прекращении работы по подготовке проекта федерального закона, согласно которому представлять граждан в судах смогут только адвокаты, исключив любые формы монополизации деятельности на
рынке юридических услуг и указать Министерству Юстиции Российской Федерации на недопустимость разработки реформы в виде, противоречащем Конституции Российской Федерации.
3. Ответ о результатах рассмотрения и принятом решении направить в установленный законом срок на электронную почту по адресу: lukyanov.aleksej.2014@mail.ru.
9 марта 2025 года
С уважением, Лукьянов Алексей Борисович
Юрист в сфере гражданско-правовых отношений,
член Тульского регионального отделения
«Ассоциация юристов России»
город Тула
1 913
Проблема
Председателю Правительства
Российской Федерации
Мишустину Михаилу Владимировичу
Адрес: 103274, г. Москва,
Краснопресненская набережная, дом 2
________________________________________
От Лукьянова Алексея Борисовича
Адрес электронной почты:
lukyanov.aleksej.2014@mail.ru
ОБРАЩЕНИЕ
по вопросу «адвокатской монополии» - реформы профессионализации судебного представительства и прекращении действий Министерства Юстиции РФ, способных привести к нарушению гражданских и конституционных прав граждан Российской Федерации
Уважаемый Михаил Владимирович!
Министерство юстиции Российской Федерации 19 декабря 2024 года выступило с публичным заявлением о подготовке концепции будущего проекта Федерального закона, согласно которому представлять интересы граждан в судах смогут исключительно лица, имеющие статус адвоката.
Согласно информации, размещенной в публичном доступе, ведение вышеуказанного законопроекта предполагается осуществить в 2025 году.
Иными словами Министерство юстиции инициировало подготовку к введению в Российской Федерации режима «адвокатской монополии» на судебное представительство, что явно противоречит основополагающим положениям Конституции Российской Федерации.
Важно отметить, что гарантируемые Конституцией Российской Федерации поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности, признание и равная защита различных форм собственности, право каждого на использование своих способностей и имущества для предпринимательской деятельности и иной не запрещенной законом экономической деятельности, право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ст. 8 и 34; ст. 37, ч. 1) создают правовую основу для осуществления юридическими лицами и физическими лицами – индивидуальными предпринимателями деятельности по оказанию юридических услуг.
К их числу относятся организации и частнопрактикующие юристы, предмет деятельности которых – осуществляемое на основании соответствующих гражданско-правовых договоров оказание юридической помощи другим организациям и гражданам, в том числе путем судебного представительства», что находит правовое обоснование в правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении от 16 июля 2004 года за № 15-П.
Минюст РФ так и не смог ответить на прямой вопрос, поставленный в одном ранее направленном обращении о том, каким образом планируется введение «профессионализации судебного представительства» в арбитражном судопроизводстве, с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 16 июля 2004 года за 15-П «По делу о проверке конституционности ч. 5 ст. 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области, Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда организаций и граждан»?
Указанным постановлением Конституционного суда РФ однажды уже признал «адвокатскую монополию» в арбитражном процессе неконституционной, и в соответствии с ч. 2 ст. 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года за № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» юридическая сила постановления Конституционного Суда Российской Федерации о признании акта неконституционным не может быть преодолена повторным принятием этого же акта.
Разве представляется возможным себе представить, что в Российской Федерации можно попытаться обойти указанную выше норму ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», путем принятия того же закона, который был признан неконституционным ранее?
Соответственно возникает обоснованный вопрос, а к каким же последствиям для государственной, правовой, судебной системы РФ это может привести?
Уверен, что законодательно невозможно введение в Российской Федерации режима «адвокатской монополии» на судебное представительство, поскольку это противоречит основополагающим положениям Конституции Российской Федерации.
Из всего объема юридических услуг почему-то взято только судебное представительство, как наиболее прибыльное, которое согласно законопроекта передается адвокатуре, как части юридического сообщества, в результате чего возникает неестественная монополия, и создается барьер для входа на рынок юридических услуг, в части судебного
представительства по гражданским, административным и арбитражным делам, что является нарушением антимонопольного законодательства, если смотреть на вопрос не абстрактно, а с точки зрения уже существующего рынка юридических услуг.
Лицензирование, или аккредитация, которые являются общепринятыми правовыми способами государственного контроля качества какого-либо вида деятельности и формой допуска к осуществлению деятельности, заменяются в данном случае почему-то контролем адвокатуры (частного сообщества), которая сама нуждается в точно таком же контроле, и которая, кроме профессиональной этики, сама не имеет четких критериев качества услуг, в виде нормативного акта, имеющего обязательную юридическую силу.
Часть юридического сообщества – адвокатура, почему-то ставится в привилегированное положение, по отношению к остальной части юридического сообщества – большей (частнопрактикующим юристам-самозанятым, ИП, юридическим фирмам), и адвокатура почему-то презюмируется как мерило качества и честности, по отношению к остальной части юридического сообщества.
Реформа в предложенном виде не создает никаких «единых правил» допуска к юридической профессии, как это утверждается, так как судебное представительство является только частью юридических услуг, и не помешает открывать недобросовестным лицам «юридические консультации» и осуществлять свою деятельность.
Важно отметить, что реформа создаст огромные, возможно и непреодолимые «трудности перехода» для десятков тысяч добросовестных участников рынка.
Если адвокатская монополия объясняется заботой о благе именно граждан, то есть, физических лиц, то зачем тогда адвокатская монополия нужна и в арбитражном процессе?
Кроме того, подведомственность арбитражных судов - это споры, вытекающие из предпринимательской деятельности, стороны в арбитражном процессе – предприниматели и юридические лица. Нужна ли им такая «забота»? Они просили о такой заботе? А если нет,
то зачем монополия и в арбитражном процессе тоже, а не только по делам, подведомственным судам общей юрисдикции по Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации?
Если целью реформы является контроль вообще за всей сферой юридических услуг, оказываемых в коммерческом секторе, то почему реформой охватывается только судебное представительство, как часть юридических услуг?
Судебное представительство - это не все юридические услуги, есть еще юридические консультации, подготовка и проверка юридических документов, в т.ч. процессуальных, а также договорная работа – подготовка и проверка договоров, соглашений, и т.д. И эти услуги оказывают также, и юр. фирмы, и частные юристы.
Как говорили сенаторы, на одном совещании по данной теме, что нужно сделать так, чтобы недобросовестные юристы, а также мошенники, маскирующиеся под «юридические конторы», вообще не допускались до граждан, так вот, адвокатская монополия на судебное представительство не решает этой задачи, мошеннические «юридические конторы» по-прежнему будут существовать, и обманом смогут брать средства у граждан за несуществующие «юридические услуги», только не судебные, а другие, а граждане не смогут разобраться, где действительно нужен судебный процесс, а где нет.
Кроме того, в результате реформы, в предлагаемом виде, стороны в частности, граждане, в судах общей юрисдикции сами смогут сами вести свои дела непосредственно в суде, в порядке самозащиты, а процессуальные документы, правовую позицию и
доказательства, им по-прежнему сможет подготовить любой юрист, к которому можно обратиться и неофициально (уход в «серый» сегмент рынка).
Таким образом, реформа не отвечает заявленным целям, и она, в таком случае, со стороны выглядит лишь формально, как предоставление «ярлыка» на поход в процесс лицам, получившим статус адвоката. В данном случае, очевидно, не учитывается, что
большая часть юридической работы представителя, особенно в арбитражном процессе – это не некое «судоговорение» (то есть участие в судебном процессе как в телешоу), а предшествующая этому юридическая работа – выработка правовой позиции, сбор и
подготовка доказательств, и т.д. И в данном случае эта работа по-прежнему сможет быть сделана любым частнопрактикующим юристом, а сторонам нельзя запретить вести в суде свои дела лично, и они будут это делать сами, на основании процессуальных документов,
подготовленных частнопрактикующими юристами.
В соответствии с подп. 1 и 2 п. 2 ст. 17. ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», прекращение статуса адвоката за нарушение профессиональной этики и неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей является ПРАВОМ, а не обязанностью адвокатской палаты.
Важно отметить, что никакой иной ответственности законодательство об адвокатуре не предусматривает.
Что касается обязательного всеобъемлющего контроля за деятельностью адвокатов, и проведение плановых или внеплановых регулярных проверок их деятельности самим же адвокатским сообществом, то закон об адвокатуре вообще таких понятий не знает, никаких полномочий по проведению проверочных мероприятий у адвокатуры нет, поэтому никакие адвокаты не проводят сейчас и не будут проводить проверок деятельности всех адвокатов страны, а это около 80 тысяч адвокатов ежегодно, в обязательном порядке, и так каждый год, на предмет недобросовестной их деятельности, злоупотреблений и нарушений.
Они смогут охватить только малую часть случаев, по которым будет получена жалоба от клиента, а это единичные проценты случаев.
Таким образом, надлежащий государственный контроль за сферой юридических услуг, вообще всех юридических услуг, если это так важно – не создается, не возникает, а подменяется контролем со стороны частного профессионального сообщества, у которого
нет обязанности исключать даже недобросовестных судебных представителей, а только право, и у которого тоже нет Правил, регламентирующих содержание, качество и порядок
оказания судебно-представительских услуг.
Как было сказано выше, вне контроля адвокатуры, в результате реформы, останутся все юридические фирмы и частнопрактикующие юристы, оказывающие иные юридические услуги.
Очевидно, что адвокатура, как узкое частно-профессиональное сообщество юристов-представителей по уголовным делам, какой она всегда была, и для чего она и задумывалась, не сможет заменить собой институт государственного контроля за качеством всех вообще
юридических услуг в стране, и надзора за нарушениями прав физических и юридических лиц в этой сфере.
Контрольно-надзорная деятельность – это сложная комплексная деятельность, которая предполагает, во-первых, государственные полномочия, которыми наделить адвокатуру по определению невозможно, и, во-вторых, предполагает специализированную работу нескольких государственных органов – Роспотребнадзора, Минюста, прокуратуры, а также правоохранительных органов, в случае мошенничества.
Для всего этого необходимы полномочия и обязанности должностных лиц по контролю, оплата их труда, создание условий для их работы – материально-технического
обеспечения, помещений, оргтехники, и т.д., в каждом субъекте федерации.
Очевидно, что эта деятельность предполагает бюджетное финансирование и прямое государственное управление, и очевидно, что адвокатура – не государственный орган, и не будет все это делать должным образом «на общественных началах», так как не имеет для этого ни должностных лиц, ни зарплаты, ни полномочий.
Переход частнопрактикующих юристов в адвокатуру – вынужденный и под угрозой
лишения доходов от возможности оказывать услуги по судебному представительству по
гражданским делам, что соответственно повлечет существенное ухудшение их положения, так как для малого бизнеса в этой сфере будет невозможно применять налоговый режим самозанятых, возникает необходимость уплаты фиксированного платежа, размер которого часто не позволяет его платить даже действующим адвокатам, ввиду временного отсутствия клиентов и нерегулярного характера доходов.
В результате реформы значительная часть юристов вынуждена будет уйти с рынка, что разрушает сложившиеся и годами налаживавшиеся связи, лишая юристов годами наработанных клиентов, которые, конечно же, перейдут к существующим адвокатам – в
результате, можно предположить, и произойдет передел рынка, в пользу существующих адвокатов и не в пользу частнопрактикующих юристов.
Можно предположить, что в результате реформы большое количество добросовестных участников рынка будет вытеснено с рынка юридических услуг, не потому, что они плохо работали, и не потому, что их клиенты были недовольны ими, а потому, что они не смогут платить взносы в адвокатские структуры и фиксированный платеж.
Как известно, сейчас размеры вступительного взноса в адвокатуру составляют 200-500 тысяч рублей, и более, что в свою очередь лишит сотни тысяч юристов от возможности продолжать свою профессиональную деятельность.
Переход частных юристов в адвокатуру повлечет необходимость платить «за статус», что является одним из ключевых недостатков формы работы адвокатов, т.е. необходимость
ежегодного внесения фиксированного страхового взноса, и уплаты членских взносов в адвокатских образованиях, вступление в которые для адвокатов является обязательным в
силу закона, то есть, сам статус адвоката может стать убыточной обременительной обязанностью, в случае отсутствия клиентов.
Можно ли сделать переход в адвокатуру «комфортным»? В этом случае адвокатура должна быть полностью «бесплатной» для юристов, чтобы не было ни вступительного взноса, ни текущих, что неприемлемо и невозможно уже для самой адвокатуры.
Считаю, что необходимо уделить внимание, что решение вопроса об экономии бюджетных средств не находится в компетенции Министерства Юстиции РФ, поэтому в этой части он уже, вероятно, вышел за пределы своих полномочий.
Решать, нужно ли экономить на реформе, проводя ее таким образом, должны другие ведомства.
Данный вопрос в компетенции профильного комитета Государственной Думы РФ, Министерства Финансов РФ, Федеральной налоговой службы.
Оценочно, ситуация выглядит так, что министерство просили разработать хорошую реформу регулирования качества рынка юридических услуг, а оно стало изыскивать способы, как сэкономить государственный бюджет, в результате не нашлось ничего лучше,
как сэкономить на нас, юристах, и возложить на нас самих же финансирование всей системы контроля.
Считаю, что такая «экономия» на нас юристах – неприемлема.
В случае, если часть юристов не сможет по указанным выше причинам перейти в адвокатуру, то соответственно будут разрушены деловые связи, которые налаживались годами, между юристами, и их клиентами.
С моральной точки зрения, субъективно, это можно воспринимать как наказание без вины, и лишение клиентов (здесь речь идет, прежде всего, о клиентах – юридических лицах, по договорам на юридическое обслуживание).
Недопустимо «резать по живому» сложившийся рынок.
Если уж и хотели вводить адвокатскую монополию – то это надо было делать в 1991 году, то есть, когда рынок начал формироваться с нуля, но не сейчас, когда сформировалась годами клиентская база из числа физических и юридических лиц.
Теперь же, введение ее в условиях сложившегося рынка, будет воспринято негативно, и
будет противоречить общему принципу, что новое государственное регулирование не
должно наносить ущерба существующим правам и интересам.
Как сказано в Концепции регулирования рынка профессиональной юридической
помощи 2017 году, по данным Федеральной налоговой службы Российской Федерации, по
состоянию на конец 2016 года в Едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения о 55376 не прекративших деятельность юридических лицах, указавших в качестве основного вида деятельности деятельность в области права (коды 69.1 и 69.10 «Деятельность в области права» по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности ОК 029-2014 (КДСЕ ред.2).
В едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей числится 27206 не прекративших деятельность индивидуальных предпринимателей, указавших в качестве основного вида деятельности деятельность в области права. Это данные на 2016 год.
То есть, по мысли авторов реформы – более 50 тыс. юридических фирм, десятки тысяч ИП, а теперь еще и самозанятых – должны полностью изменить свою работу, закрыть фирмы, создававшиеся годами, начать все с нуля, попытаться сдать экзамен, заплатить 200-500 тыс. рублей вступительного взноса и т.д.
На мой взгляд, такое массовое воздействие на рынок будет иметь разрушительные последствия, и не оправдано никаким благими целями.
Совершено очевидно, что теперь, когда рынок давно сложился и «устоялся», легче будет создать альтернативную систему правового регулирования, и распространить законом ее действие на лиц, оказывающих услуги судебного представительства, чем устроить такую
грандиозную «встряску» для 80 тысяч предпринимателей и юридических лиц!
Ясно, что в адвокатуру смогут перейти далеко не все.
Существенное снижение числа юристов, оказывающих услуги судебного представительства на рынке юридических услуг, может повлечь значительное повышение цен на услуги судебных юристов (тогда уже адвокатов), что, в совокупности с уже сделанным повышением госпошлин будет означать исчезновение доступности судопроизводства для значительной части населения и «Простой человек» за разрешением спора в суд уже не пойдет, поскольку будет непосильно дорого, нанять адвоката будет равно или выше месячной зарплате, а не 25-30 тыс. как сейчас, плюс еще и повышенная госпошлина, что будет означать произвол крупных корпораций, снижение качества товаров и услуг, обращение за разрешением споров к криминалу, как следствие, рост преступности, и снижение уровня правозащиты в целом, удар по авторитету судебной власти и государства в целом.
В результате это может привести к обратному эффекту, где отрицательные последствия значительно перекроют те незначительные плюсы, которые можно предположить от «адвокатской монополии».
Все это может отбросить состояние правозащиты в стране на 30 лет назад, к уровню 90-х гг., или стран «третьего мира», где нанять адвоката может себе позволить только богатый.
Судя по всему, баланс между обеспечением граждан квалифицированной юридической помощью, с одной стороны, и качественным государственным регулированием этой сферы, с другой, в концепции реформы, к сожалению, не найден.
Реформа адвокатской монополии, в таком виде, на мой взгляд, неприемлема, потому что она разработана без участия большей части участников рынка юридических услуг, в лице частнопрактикующих юристов - самозанятых, ИП, юридических фирм.
_______________________________
* Оценка указанных негативных последствия является субъективной и оценочной
Фактически нас юристов не допустили к обсуждению реформы на различных «площадках», наше мнение учтено не было.
Важно отметить, что на всех обсуждениях участвовали только представители адвокатуры, которым реформа ничем не грозит, и Министерства Юстиции РФ, а тех, кого реформа больше всего затрагивает, чьи гражданские и конституционные права и законные интересы потенциально нарушает – не приглашали на обсуждение.
Полагаю, что это произошло потому, что у частнопрактикующих юристов нет организации, защищающей их права на всех уровнях государственной власти.
Действия Министерства юстиции РФ по подготовке к введению режима «адвокатской монополии» на судебное представительство, безусловно серьезно:
- затронут жизненно важные интересы большинства юристов страны, и приведут к массовой потере источников дохода к существованию граждан – профессиональных юристов, осуществляющих судебное представительство на профессиональной основе, и членов их семей;
- существенно затруднят гражданам России доступ к правосудию (ст. 18, ст. 19, ч. 1 ст. 46 Конституции РФ);
- однозначно приведут к снижению качества оказываемых юридических услуг;
- однозначно повысят цены на услуги по судебному представительству для граждан и юридических лиц.
Все вышеизложенное в итоге приведет к дестабилизации внутренней социально политической ситуации в стране.
Считаю важным отметить, что в юридической профессии мой профессиональный путь начат с 2008 года, что по настоящие время составляет 17 (семнадцать) лет и за данный период моей профессиональной деятельности мною постоянно ведется работа по повышению своего образовательного и профессионального уровня, отслеживаю изменения в законодательстве Российской Федерации, изучаю судебную практику в т.ч. обзоры, разъяснения и определения Верховного суда РФ в сфере гражданско-правовых отношений, погружен в юридическую науку.
Мне нравится моя профессия и я с полной отдачей посвящаю себя работе по судебной защите прав граждан и юридических лиц, и их интересов, всегда с принципиальной, процессуально верной и законной позицией стою на страже по защите интересов мною уважаемых доверителей.
Также и мною уважаемые мои коллеги юристы являются хорошими профессионалами в той или иной области права, имеют хорошую судебную практику и необходимый опыт, наработанные годами клиентские базы и авторитет в профессиональном сообществе.
Считаю целесообразным разработать законопроект по введению на законодательном уровне допуск лиц, участвующих в судах первой инстанции и мировых судов только исключительно при наличии высшего юридического образования, полученного в ВУЗе имеющего государственную аккредитацию, что действительно будет являться действенной и эффективной мерой, которая действительно и реально позволит убрать с юридического рынка «представителей» без специальной профессиональной подготовки, достаточных юридических знаний и необходимого опыта, в т.ч. риелторов и мошенников.
Режим «адвокатской монополии» на судебное представительство нарушит гражданские и конституционные права огромного числа специалистов в области права и граждан на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом, экономической деятельности, а также на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии.
На основании вышеизложенного и руководствуясь Конституцией Российской Федерации,
ПРОШУ:
1. Принять все находящиеся в Вашей компетенции меры, в целях устранения предполагаемых нарушений конституционных прав граждан России по прекращению работы по подготовке проекта федерального закона, согласно которому представлять граждан в судах смогут исключительно адвокаты и не допустить проведения реформы судебного представительства в предложенном виде Федеральной палатой адвокатов и Министерством юстиции Российской Федерации .
2. Дать поручение Министерству Юстиции Российской Федерации о прекращении работы по подготовке проекта федерального закона, согласно которому представлять граждан в судах смогут только адвокаты, исключив любые формы монополизации деятельности на
рынке юридических услуг и указать Министерству Юстиции Российской Федерации на недопустимость разработки реформы в виде, противоречащем Конституции Российской Федерации.
3. Ответ о результатах рассмотрения и принятом решении направить в установленный законом срок на электронную почту по адресу: lukyanov.aleksej.2014@mail.ru.
9 марта 2025 года
С уважением, Лукьянов Алексей Борисович
Юрист в сфере гражданско-правовых отношений,
член Тульского регионального отделения
«Ассоциация юристов России»
город Тула
Новости этой петиции
Поделиться этой петицией
Петиция создана 9 марта 2025 г.