Лиза умерла новогодним утром 2016 года, в 6:10. Ей не исполнилось и двух месяцев. Выписали с симптомами пневмонии на 3 день ,два из которых были выходные ,развился отёк мозга…

Лечащий врач ,высшей категории сумела за 24часа диагностировать болезнь не проведя все анализы и выписала Лизу с мамой с формулировкой "Улучшение" лечиться домой. При этом уменьшила антибиотик в два раза. Мотивируя раннюю выписку отсутствием полиса страхования .

Лиза заболела в середине декабря. 17 числа участковый педиатр Наталья Шахова прописала курс лечения антибиотиками. Спустя два дня, обследовав девочку, врач услышала в её легких шум, и направила малютку на госпитализацию в городскую детскую больницу № 1 г.Брянска с подозрением на воспаление легких.

При поступлении Лизе отменяют антибиотики ! В этот день она получает капли в нос и 1 свечу . На следующий день, 20 декабря, повторяется такой же курс лечения.

19 и 20 декабря прошлого года приходились на субботу и воскресенье. То есть Лизу осматривали дежурные врачи. Также девочке сделали анализ крови.

Рассказывает мама, Лариса :

— Рано утром в понедельник, примерно в семь утра, в палату вошла женщина в медицинском халате. Спросила, как у нас с полисом. Я ответила: полис принесет сегодня муж. «Смотрите, если не будет полиса — выпишем сразу». Уходя, добавила: «И то не факт, что платёж пройдет». Лишь позднее Лариса узнала, что женщина, с которой она общалась — заведующая отделением, врач высшей категории Ольга Пикина.
В этот день, 21 декабря, к обычному уже курсу (капли плюс свеча), прибавили также два укола ампициллина — в обед и вечером. А уже на другой день маму и девочку выписывают из больницы, напоследок сделав рентгеновский снимок и анализ мочи ,которые не успели исследовать.

 

Назначение доктора Пикиной (она стала также лечащим врачом) — те же капли в нос, а также антибиотик флемоксин солютаб,но в два раза уменьшила дозу. В амбулаторной карте записан диагноз «общераспираторное заболевание» и отметка: «выписана с улучшением».

— Наш участковый педиатр, Наталья Николаевна Шахова была в шоке из-за такой ранней выписки. — говорит Лариса — Какое-то улучшение у Лизы было. Температуру ей сбили. Но остался насморк и кашель. И общее состояние было болезненным, вялым.
На другой день после выписки, 23 декабря, у девочки стали проявляться симптомы дисбактериоза. Лечение было соответствующим: участковый педиатр прописала пробиотики. Но к концу недели девочке становилось все хуже и хуже. 28 декабря родители с Лизой явились с дочерью на прием в детскую поликлинику по улице Клары Цеткин. Осмотрев девочку, доктор Шахова осложнений не обнаружила.

В ночь с 29 на 30 — вновь ухудшение. Температура 38,5, понос, живот вздут, подгибает колени. Утром — снова обращение в поликлинику. И снова участковый терапевт не видит повода для беспокойства. Прописывает , пробиотики, глицериновые свечи.

Однако с вечера состояние становится все более скверным. Вновь подскакивает сбитая было температура, начинается рвота.

Утром 31 декабря 2015 года вызванная на дом Шахова выписывает направление в больницу. Лизу сразу отправляют в реанимацию.

Врач-реаниматолог Махер Хавамда определил её состояние, как средне-тяжелое. Добавил, что есть подозрение на менингит. Вечером, около 18:40, реаниматолог сообщил, что состояние несколько улучшилось. Однако анализы крови плохие.

Наутро, 1 января 2016 года, около 10 часов, родителям сообщили страшную весть – дочки не стало.

В справке о смерти Елизаветы указан летальный диагноз: отек головного мозга. Также названа первоначальная причина патологии: двусторонняя пневмония. По словам Евгения Сысоева, при приеме его дочери реаниматолог высказал предположение, что Лизу «недолечили». Но уже после смерти девочки Хавамда от таких комментариев отказался.

— У меня не может быть претензий к реаниматологу — говорит Евгений- Знаю, он боролся за жизнь дочери всю ночь, делал всё возможное — и когда дыхание у неё останавливалось. Утром утешал меня полтора часа. Но сейчас он вынужден очень тщательно подбирать слова и делать оценки.
Махер Хавамда — не уроженец России, приехал сюда из Израиля. А в случае, который здесь описывается, речь может идти о преступной халатности, в том числе руководящих лиц больницы.

 

Лариса и Евгений, прежде всего обращают внимание на очень быструю выписку. Грудную девочку, с подозрением на воспаление легких толком не обследуют. Назначают лечение после довольно поверхностного осмотра. По мнению родителей, оно, лечение, также было недостаточным.

— Вместо положенных 5-20 суток, по 3-4 раза в день, дочка получила всего три укола антибиотика за три дня. Не проведя полного курса свечами. Вместо положенных 5-10 дней по две свечи мы получали одну свечу в день, три дня, — сообщают родители.
Сысоевы обратились в департамент здравоохранения Брянской области. Ольга Чиркова, заместитель директора департамента, ознакомившись с документами (медицинской книжкой).

Заявила, что, как врач-педиатр, она не видит связи между заболеванием 17 декабря, с которым Лиза пролежала до 21 декабря в стационаре, и болезнью, проявившейся 30-31 декабря. Той, что оказалась летальной.

Нет оснований сомневаться в компетенции Ольги Ивановны Чирковой, как специалиста. Но налицо ряд установленных фактов. В первом случае был поставлен диагноз «респираторное заболевание». Причем изначально имелось подозрение на воспаление лёгких. Первопричиной же смерти определена пневмония.

То есть: по официальной версии, участковый педиатр ошибся, никакого воспаления не было, всего лишь ОРЗ или ОРВИ. Это заболевание быстренько вылечили – хотя и не полностью, в медицинской карте ясно сказано: «улучшение». Затем, находясь дома, малышка «вдруг» подхватила ещё и пневмонию?

Мы попросили высказать свое мнение известнейшего, опытного и авторитетного педиатра города Брянска. Ознакомившись с заявлением супругов Сысоевых, где подробно излагаются все факты, нами вкратце приведенные, доктор сказала:

— Вы поставили меня в нелегкое положение. Упомянутые здесь врачи — мои коллеги, и я не могу давать оценку их действиям и решениям по соображениям этики. Есть также и другие обстоятельства, из-за которых я не хотела бы, чтобы вы ссылались на меня и называли моё имя. Очень сочувствую родителям, понимаю, какая страшная трагедия их постигла. Определенно могу сказать: между первым и вторым заболеванием связь существует.
По поводу уменьшения доз антибиотиков наша собеседница заметила, что такие решения принимают исходя из состояния организма ребенка, его восприимчивости — в каждом отдельном случае особо.

… Нам кажется, что ключевым для понимания ситуации моментом является визит доктора Пикиной в палату утром 21 декабря. Судя по рассказу Ларисы , заведующая отделением проявила себя как человек хозяйственный и рачительный. Ее интересовал, прежде всего, вопрос платежеспособности пациента. Заботили проблемы поступления денег от страховых фирм. В наше, все более нелегкое время, подобные заботы, конечно, насущны и оправданны.

Но горе, когда она отодвигает на второй, если не на третий план, заботу о здоровье людей. «В новой редакции клятва Гиппократа начинается со слов: «Только при наличии страхового полиса» — такая печальная шутка болтается в интернете.

По мысли департамента, страховщики, точнее, с ними связанные структуры, и должны проводить экспертизу, оценивать качество действий врачей.

«Выявление нарушений при оказании медицинской помощи… устанавливается при проведении экспертизы качества медицинской помощи… Проведение экспертизы качества застрахованного населения не входит в компетенцию департамента здравоохранения. По поводу проведения экспертизы качества оказания медицинской помощи Вы можете обратиться в территориальный фонд обязательного медицинского страхования Брянской области», — ответ департамента здравоохранения на заявление Ларисы походит на «перевод стрелок».

Правда, обещание проверки в ГБУЗ «Брянская городская детская больница №1» в письме имеется.

Своё слово сказать должны и правоохранительные органы.