КАК ДИСКРЕЦИОННЫЕ ЗАКОНЫ ОХРАНЯЮТ ПРИТРАВОЧНЫХ ЖИВОТНЫХ

Последние несколько месяцев из-за массовых отстрелов медведей публичное пространство почти исключительно занято разговорами о регулировании численности косолапых. Вопрос о продолжающейся травле этих удивительных животных (без ограждающих конструкций) ушёл в тень. Меж тем, группа активистов долгие месяцы готовила иск по оспариванию норм травли, которая, в контактном виде происходила все годы после принятия «закона о бесконтактной притравке» (Федеральный закон от 07.03.2018 № 54-ФЗ; внёс изменения в Федеральный закон «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов…». Ключевая норма — статья 55.1 («Подготовка и дрессировка собак охотничьих пород»). Устанавливает применение ограждающих конструкций между собаками и дикими животными с целью исключения жестокого обращения с животными. На момент принятия закона не было детального подзаконного акта, который бы чётко прописал, какие именно должны быть ограждающие конструкции и как именно их эксплуатировать. Только спустя 2 года был издан приказ Минприроды, разрешающий контактную притравку в отношении медведей https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/74768117/?ysclid=musnvm9aki782757403  Его и оспаривали зоозащитники. Кстати, изначально действие документа ограничили шестью годами, но позже внесли изменения. Сейчас приказ действует до 31 августа 2032 года.

Судебный процесс, о котором речь, завершился в Москве в начале октября.

Суд отказал в иске, но, как заявляет юрист Светлана Зиберт, есть положительные стороны https://vkvideo.ru/clip-194472953_456239463 

В основу решения Верховного суда легли возражения (истцам)  Минприроды России. Знакомясь с ними, я узнала для себя много нового о том, как закон защищает животных, и считаю, что с этим должны быть ознакомлены и вы.

Итак, позиция Минприроды (МПР).

МПР считает заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим причинам:

1.Оспариваемый нормативный правовой акт принят уполномоченным органом в установленном законом порядке. Оспариваемый приказ МПР (№363 от 17.06.2020) прошёл гос. регистрацию в Минюсте России и опубликован на официальном интернет портале правовой информации https//www.gov.ru 06.11.2020. Процедура издания, введения в действие и опубликования соответствует российскому законодательству. 

2.         Оспариваемые положения Порядка не противоречат нормативным актам, имеющим большую юридическую силу. Оспариваемые пункты Порядка соответствуют требованиям гуманности и недопущению жестокого обращения с животными, формированию ответственного отношения к животным и направлены на недопущение причинения животному вреда при «дрессировке» собак охотничьих пород. [Здесь и далее на спорные моменты реагирую сразу. Слова «гуманность» и «жестокое обращение с животными» слишком ОБЩИ и требуют чёткой расшифровки. Такие понятия без расшифровки недопустимы в законе. Понятия «жестокое обращение с животными» подробно, в связи с этим, коснусь ниже.] 

Используемое животное считается находящимся в условиях искусственного ограничения свободы движения, а использование ограждающих конструкций становится обязательным при наличии хотя бы одного из следующих условий – при нахождении используемого животного на привязи [замечу: медведь на привязи, площадь его передвижения ограничена, однако на него требование о наличии ограждающих конструкций не распространяется], подготовка собак с использованием объектов, имитирующих норы животных, площади самостоятельного передвижения не более 4 га, используемое животное не достигло возраста 3 лет, полученные ранее травмы животного не позволяют ему обеспечит защиту от собак охотничьих пород (утрата зубов, когтей, зрительных, слуховых, обонятельных функций), защитные функции используемого животного ограничены специальными приспособлениями (намордником и др, ограничивающими использование зубов и когтей). 

3.         Ограждающие конструкции не используются, если используемым животным является медведь [Он не такое животное, как другие? Он не испытывает боль, стресс?], при обеспечении следующих условий– ограничение свободы передвижения животного обеспечивается с помощью металлического троса длиной не м 40 м и шириной не менее 20мм, концы которого зафиксированы на 2-х неподвижных опорах + животное находится в ошейнике, соединённом с тросом металлической цепью длиной не менее 15 м, исключающим ограничение свободы передвижения используемого животного + у животного не ограничены защитные функции. [Как могут трос и цепь не ограничивать передвижение?! С одной стороны, ограничение свободы передвижения животного обеспечивается с помощью металлического троса длиной не м 40 м и шириной не менее 20мм , а с другой – фраза «исключающим ограничение свободы передвижения»! Тут полное нарушение логики!] Все вышеизложенные пункты порядка есть реализация принципа гуманизма [Опять общее понятие. Что такое «гуманизм»? Для кого гуманизм?] и направлены на недопущение жестокого обращения с животными. [То есть, медведь в ошейнике и на цепи, находящийся в открытом доступе для n-ного количества собак в течение n-ного количества времени – это не жестокое обращение с животным?!]

4.         Оспариваемые пункты порядка основаны и соответствуют частям 1,2 статьи 55.1 Закона об охоте. В силу п.5 статьи 2 Закона об охоте использование охотресурсов с применением орудий охоты и способов охоты является одним из принципов, на котором основывается правовое регулирование в области охоты. В соответствии с ч.1 ст. 55.1 Закона об охоте, подготовка охотничьих собак допускается только в охотугодьях и только способами, не допускающими жестокого обращения с животными и причинения им физического вреда. [А кто это всё контролирует? Всё зиждется на априори принятой доброй совести охотников?!] Указанные положения не содержат обязанности субъектов регулирования [!] по использованию при подготовке и дрессировке собак охотничьих пород каких-либо конкретных приспособлений, включая ограждающие конструкции, однако имеют прямое действие и не допускают жестокого обращения с животными, в т.ч. когда ограждающие конструкции не используются. Указанные нормы позволяют лицу с достаточной степенью чёткости сообразовывать с ними своё поведение – как дозволенное, так и запрещённое – и предвидеть вызываемые их применением последствия. [Здесь всё сплошь размытые формулировки. Во-первых, не понятно, почему положения статьи 55.1 Закона об охоте не содержат обязанности субъектов использовать при притравке ограждающие конструкции. На мой взгляд, так содержат. Во-вторых, где написано, что эта статья имеет прямое действие? Об этом мы узнаём только из трактовки МПР. В-третьих, по поводу: «не допускают жестокого обращения с животными». Согласно принятому определению жестокого обращения с животными, жестокое обращение с животным – это то, которое привело или может привести к гибели, увечью или иному повреждению здоровья животного (включая истязание животного, в том числе голодом, жаждой, побоями, иными действиями), нарушение требований к содержанию животных (в том числе отказ владельца от содержания животного), причинившее вред здоровью животного, либо неоказание при наличии возможности владельцем помощи животному, находящемуся в опасном для жизни или здоровья. Это понятие закреплено в пункте 5 статьи 3 Федерального закона от 27.12.2018 №498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными». Даже в зоопарках существует требование, согласно которому хищники и их потенциальные жертвы должны содержаться так, чтобы исключалась возможность их визуального контакта. Это правило закреплено в нормативных документах, например, в ГОСТ Р 58420-2019 «Услуги населению. Услуги зоопарков. Содержание хищных животных. Общие требования». Цель такого требования — минимизировать стресс у животных. В дикой природе хищники и их добыча постоянно находятся в состоянии напряжения, и даже визуальное присутствие друг друга вызывает у животных сильный дискомфорт и тревожность. В условиях зоопарка, где животные и так ограничены в пространстве, такой постоянный фоновый стресс может негативно сказываться на их физическом и психическом здоровье. Есть такое требование и в постановлении правительства РФ "Об утверждении требований к использованию животных в культурно-зрелищных целях и их содержанию" от 30 декабря 2019 г. № 1937. Оно закреплено в пункте 46, подпункт «л». Формулировка звучит так: «исключение возможности возникновения ситуации, при которой взаимодействие животных, находящихся в разных вольерах, но в пределах видимости друг друга, является причиной стресса для них».  Только вот стресс, по понятиям законодателей, могут испытывать только зоопарковые животные, ведь действие Закона №498-ФЗ распространяется только на животных, используемых в культурно-зрелищных целях, а ведь в таком случае федеральный Закон об ответственном обращении с животными №498-ФЗ нужно было бы назвать «Об ответственном обращении с животными, используемыми в культурно-зрелищных целях», но данный закон носит универсальное, обобщающее название! Закон №498-ФЗ и его подзаконный акт, постановление правительства РФ №1937, не регулируют сферу использования охотничьих ресурсов, как и сельхозживотных! Объяснение дают одно – эти сферы регулируются другими законами! Да, законов у нас тьма. Но что по сути? Разве животное, используемое на притравке, не испытывает ежедневный многочасовой стресс, от того, что на него травят собак? Разве это животное не понимает, что его именно ИСПОЛЬЗУЮТ, над ним ИЗДЕВАЮТСЯ?! Но чтобы это понять, а тем более отразить антигуманность и невозможность такого казуса в законе, нужно поменять мировоззрение! Нужно перестать относиться к животным как к вещи, нужно перестать всё мерить мерками выгоды и коммерческой целесообразности, а для этого должно измениться само общество! Очевидно, что и понятие жестокого обращения с животными, закреплённое в нашем законодательстве, тоже нуждается в уточнении и дополнении: не только голод, побои, плохое содержание…, но и стресс, который, в итоге, тоже приводит к повреждению здоровья животного, и даже к смерти.] 

Министерство обращает внимание, что в норме части 2 статьи 55.1 Закона об охоте предусмотрена не просто «обязанность использовать (всегда без исключения) ограждающие конструкции…», а указано что «…ограждающие конструкции…используются в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти». Частью 2 статьи 55.1 Закона об охоте предусмотрена ДИСКРЕЦИЯ уполномоченного федерального органа исполнительной власти по утверждению порядка использования ограждающих конструкций. Данная форма не предполагает обязательное использование ограждающих конструкций, а делегирует регламентацию порядка использования их уполномоченному федеральному органу исполнительной власти. Порядок утверждён Министерством в рамках указанной дискреции. [Сколько ни перечитываю часть 2 статьи 55.1 Закона об охоте, нигде не вижу отсутствие обязанности всегда использовать ограждающие конструкции, разве что нет слов «всегда без исключения». Но даже без этих слов понимаешь, что обязанность такая есть. Ну, если дошли уж до такой степени казуистики, то тогда пишите законы императивные, а не дискреционные, чтобы было всё в точности понятно, чтобы не возникало разночтений, недопониманий и дыр, позволяющий из закона делать то самое дышло! Ниже объясняю, что такое дискреция. Сама с этим первый раз столкнулась!]

(Что такое дискреция (объяснение ИИ): Дискреция уполномоченного федерального органа — это его возможность действовать по собственному усмотрению при принятии управленческих решений, но строго в рамках, которые установлены законом. Проще говоря, это право органа или должностного лица выбрать вариант действий из нескольких предусмотренных, определить содержание решения (полностью или частично) либо принять решение, опираясь на сложившиеся обстоятельства. Зачем нужна дискреция. Такая свобода выбора позволяет учитывать индивидуальные особенности каждого конкретного случая, помогает реализовывать принцип соразмерности при выборе мер управленческого воздействия, помогает гибко реагировать на нюансы реальной управленческой ситуации. Когда дискреция может быть рискованной? Проблема возникает, когда границы усмотрения размыты. Если закон не прописывает чёткие критерии, сроки, условия или основания для принятия решения, это создаёт простор для произвольных, а порой и коррупционных действий. В таких случаях говорят о коррупциогенных факторах в нормативных актах. Как контролируется дискреция? Суды при проверке решений, принятых с использованием дискреционных полномочий, не вправе оценивать их целесообразность — только законность. При этом орган обязан действовать в рамках цели предоставленных ему полномочий и соблюдать установленные законом границы. Таким образом, дискреция уполномоченного федерального органа — это не произвол, а инструмент гибкого правоприменения. Ключевой момент — баланс: с одной стороны, нужна определённая свобода для учёта конкретных обстоятельств, с другой — чёткие правовые рамки, чтобы исключить злоупотребления). [Ну, вы поняли: притравка у нас «не контактная», а с ограждающими конструкциями; контактные зоопарки запрещены, но в некоторых случаях лапать животных можно; антикафе с животными не разрешены законом, но они есть везде, цирки-шапито «запрещены» и т.д.]

Таким образом [продолжает МПР], регламентация Порядком конкретных обстоятельств, в которых обязательно использование ограждающих конструкций, не противоречит правовому регулированию, не исключает прямого действия приведённых норм Закона об охоте и, следовательно, не препятствует применению иных способов, не допускающих жестокого обращения с животными (напр., намордник для собаки, формирования поведения по запаху, внешнему виду и т.д.). Таким образом, доводы истцов о том, что абзац 1 пункта 2 и подпункт 2.1 Порядка противоречат федеральному законодательству из-за того, что в указанных пунктах не предусмотрено обязательного, повсеместного использования ограждающих конструкций, а также содержатся исключения, позволяющие в некоторых случаях не использовать ограждающие конструкции, основаны на неверном толковании частей 1,2 ст. 55.1 Закона об охоте и подлежат отклонению. Пункт 3 Порядка, предусматривающий исключение в случае, если используемым животным является медведь,  не противоречит федеральному законодательству. Целесообразность такого регулирования заключается в том, что в силу п.1 Порядка целью использования ограждающих конструкций является недопущение причинения вреда используемым при дрессировке собак животным. Медведь же является крупным, хищным и опасным животным, и при дрессировке собак главный риск получения вреда при контакте несёт собака, а не медведь. [!] В связи с крупностью и опасностью медведя представляется довольно затруднительно предусмотреть для такого зверя ограждающие конструкции. Главной защитой медведя от получения физического вреда является наличие достаточного пространства для передвижения, в котором он может свободно передвигаться, которое обеспечивается пунктами 3.1-3.3 Порядка за счёт определения минимальной длины троса и цепи, а также наличие запрета на ограничение защитных функций медведя. 

Кроме того, несмотря на отсутствие требования об обязательном наличии ограждающих конструкций при использовании медведя для дрессировки собак часть 1 ст.55.1 Закона об охоте распространяет на данные отношения требования, не допускающие жестокого обращения с животными и причинения им физического вреда. В связи с чем, лица, осуществляющие дрессировку собак на медведя, обязаны обеспечивать недопущение причинения вреда животными другими способами. [А кто проконтролирует действия этих лиц? Выявление, предупреждение и пресечение нарушений в области охоты и ох охотресурсов лежит на федеральном госохотнадзоре, пишет в своём решении Верховный суд https://vk.ru/wall-63225121_8349 Осуществление надзора является полномочием РФ, переданным для исполнения органам государственной власти субъектам РФ. При наличии информации о нарушениях требований в области охоты заинтересованное лицо вправе обратиться в компетентный орган государственной власти РФ. [Однако, практика показывает, что одного охотнадзора (трудно сказать, на каждой ли притравке бывают его представители) мало. Сфера охоты (притравки) такова, что там может случиться всё, что угодно, звери потом сами не пожалуются. Нужно обязательно присутствие общественности. Осуществимо ли это, особенно в районах дальних, малодоступных? Осуществимо ли это, если представителей гражданского общества не пускают на территорию охотхозяйств для мониторинга ситуации? И кто, в таком случае, «заинтересованное лицо», если оспариваемый Порядок «не нарушает прав и свобод» истцов?]

5. Оспариваемые пункты Порядка не противоречат пункту 5 статьи 3 федерального закона Об ответственном обращении с животными № 498-ФЗ (даёт определение понятию жестокое обращение с животными. Повторюсь, это  действия, приведшие к гибели, увечью или иному повреждению здоровья животного + нарушение правил содержания, которое причинило вред здоровью животного. [А где прописаны правила содержания животных на ИТС? В приказе Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 7 октября 2020 г. № 778 “Об утверждении Порядка содержания и разведения охотничьих ресурсов в полувольных условиях и искусственно созданной среде обитания, в том числе требований к содержанию и разведению охотничьих ресурсов с использованием объектов охотничьей инфраструктуры” не прописано даже размеров вольеров!]

6. Кроме того, конечно же, истцами не представлены доказательства применения в отношении них  оспариваемых положений Правил, а также нарушения такими положениями прав, свобод и законных интересов истцов, а также не представлено доказательств того, как признание недействующими отдельных положений Правил приведёт к восстановлению их нарушенных прав!

Подытожим.

В правовом акте МПР есть слова общего содержания, требующие чёткой расшифровки. Такие понятия без расшифровки недопустимы в законе. 

В проекте приказа Минприроды были попытки детализировать требования к ограждениям, но некоторые эксперты считают, что конкретных параметров (высота, сечение сетки) в документе недостаточно.

Имеются логические несостыковки.

Есть размытые формулировки. Так, не понятно, например, почему положения статьи 55.1 Закона об охоте не содержат обязанности субъектов использовать при притравке ограждающие конструкции. Из чего следует, что указанная статья имеет прямое действие? Об этом мы узнаём только из трактовки МПР. Утверждение о том, что положения статьи 55.1 Закона об охоте «не допускают жестокого обращения с животными» спорно. Разве животное, используемое на притравке, не испытывает ежедневный многочасовой стресс, от того, что на него травят собак? Разве это животное не понимает, что его именно используют, над ним издеваются?! Очевидно, что понятие жестокого обращения с животными, закреплённое в нашем законодательстве, нуждается в уточнении и дополнении: не только голод, побои, плохое содержание есть жестокое обращение, но и стресс, который, в итоге, тоже приводит к повреждению здоровья животного, и даже к смерти.

Правовой акт МПР дискреционный. Границы усмотрения размыты. Если закон не прописывает чёткие критерии, сроки, условия, это создаёт простор для произвольных, а порой и коррупционных действий. 

Сложности контроля. В Порядке нет чётких параметров осуществления контроля за притравкой. Всё зиждется на доброй совести охотников, но трудно представить себе охотника в роли ангела милосердия. Особенно в местах, где никто не проверит. На территорию ИТС не пускают посторонних, что затрудняет проверки.

Риск подпольных практик. Зоозащитники указывают, что даже при формальном соблюдении закона на нелегальных притравочных станциях (ИТС) часто нарушаются требования к содержанию животных и безопасности. Собственно конкретные требования к содержанию животных на ИТС так нигде и не прописаны.

Таким образом, хотя правовые основы существуют, эффективность их применения остаётся под вопросом из-за пробелов в контроле и споров вокруг самой практики притравки.

Закон был лоббирован в интересах охотничьего бизнеса.

Добавлю, что всё происходит до сих пор в отсутствии регламентированных госорганом правил притравки охотничьих собак. Нет чёткого норматива по длительности притравки на животных, норматива по количеству притравок на одного зверя в день. У каждой организации свои правила. Говорить о единой норме на одного медведя или на одну лису не приходится. (Оптимальной нагрузкой в день на одну лисицу считается не более 5 собак. На практике решение зависит от много, например, как проходили предыдущие работы.

Если собаки работали без хваток (то есть зверь не был серьёзно затронут), по одной лисице подряд могут пустить до 4 собак. Если в ходе работ были хватки, лисицу сразу меняют на другую. Ну, а раз речь идёт о «хватках», значит, притравка всё-таки контактная! Как тут не вспомнить животных с хутора Ленина под Краснодаром, где несколько лет назад нашли неработающую притравочную станцию с дикими животными на территории местного охотхозяйства. Звери там были истощены и находились в сильном стрессе, у одной лисы была сломана челюсть, у некоторых отсутствовали зубы… ).

Информация к размышлению

Притравочные станции в Евросоюзе. В странах Евросоюза животные являются особым объектом права чувствующего существа, которое способно испытывать страдания. В России же животное на законодательном уровне приравнивается к вещи (с.137 ГК РФ). Соответственно, в ряде европейских стран контактная притравка запрещена (то есть дикое животное находится в безопасности — например, в норе ставят стекло) или запрещена частично. 

ИТС критикуют даже охотники

Лента.ру приводит мнение охотницы Горбуновой: Натаскать охотничью собаку можно спокойно без притравочных станций. Человек должен делать это по специальному разрешению, в сезон, на охотничьих угодьях.

Эксперт-кинолог Вячеслав Заседателев, который был одним из организаторов первых ИТС, обеспокоен развитием ситуации со станциями: он считает, что загонные испытания полезны, но полученные там дипломы справедливо прозвали «игрушечными».

Охотники высказывают и такую претензию к ИТС: среди недостатков чемпионов притравочных станций — чрезмерная злоба к зверю, «чтобы публика ликовала, когда собака бросается на кабана», в то же время умение найти животное в лесу и вязкость, то есть неотступное его преследование, на ИТС определить практически невозможно.

Виктор Рубин с ohotniki.ru отмечает: Часть охотничьих собак после двух-трех лет отказываются работать по подсадным зверям, так как, обладая незаурядной сообразительностью, они в подсадных зверях видят скорее домашних животных, которых трогать нельзя. Не игнорирует он и моральную сторону проблемы: Содержать сознательно зверей в неволе и постоянно травить их собаками — это преступление перед животным миром!