Все мы, рядовые граждане, уже давно понимаем, какие меры необходимо предпринять для ликвидации угрозы ЧС на полигоне "Красный Бор" в настоящий момент... Мы также понимаем, что полигон "Красный Бор" - это фактически склад химического оружия под Санкт-Петербургом, и он может быть выбран в качестве объекта террористической угрозы для 5-миллионного города. Разве эти прописные истины не понимают городские власти? А если понимают, то почему за 2,5 года после прекращения приема новых токсичных отходов на полигон так и не предприняли никаких мер по выводу объекта первого класса опасности из эксплуатации и ликвидации нанесенного им экологического ущерба окружающей среде? А не потому ли, что такие задачи власть перед собой и не ставила? Тогда какие задачи ставила перед собой городская власть, когда тратила огромные бюджетные средства на проектирование и строительство двух заводов по сжиганию токсичных отходов на полигоне? - Куда делись миллиарды рублей? Зачем в 2015 году предпринималась попытка повысить уровень угрозы на полигоне "Красный Бор", когда населению и экологической общественности буквально навязывалось строительство "ракового завода" на зараженной токсинами территории предприятия, исчерпанной для дальнейшего приема отходов? В итоге: назначенные на 13 октября 2015 года общественные обсуждения по проекту завода по сжиганию токсичных отходов были отменены. Причем эта отмена состоялась только за день до их проведения и под натиском экологов-активистов, а также благодаря солидарной позиции лично губернатора Ленинградской области Александра Дрозденко, который заявил, что не допустит деятельности полигона "Красный Бор" по приему новых отходов ни под каким предлогом. Какие задачи ставит городская власть сейчас, когда, зная об угрозе ЧС с октября 2015 года, так до сих пор и не предприняла никаких мер по стабилизации ситуации и оснащению полигона промышленным оборудованием по обезвреживанию токсичных отходов в открытых картах-котлованах? Или по-прежнему нет никаких оснований для беспокойства ни в части существующей террористической угрозы вокруг полигона, ни в части тотального поражения источников питьевого водоснабжения Санкт-Петербурга и Ленинградской области в случае выхода токсичных отходов за пределы полигона? И не попахивает ли здесь злонамеренными действиями, а не только разгильдяйством и безудержным стремлением к наживе? И что тогда в данных обстоятельствах может рассматриваться, как спланированная и длящаяся диверсия? И каких еще действий или бездействий чиновников, наносящих экологический ущерб окружающей среде, можно гипотетически ожидать, чтобы уже с уверенностью их можно было приравнять к государственным изменникам?