Путин - это война. Долой его, долой войну. Remove the man, remove the war.
The Issue
Война России против Украины началась в 2014 году и переросла в полномасштабное вторжение в феврале 2022-го. За эти годы совокупные военные потери обеих сторон превысили два миллиона убитыми, ранеными и пропавшими без вести - и сотни тысяч из них россияне, отправленные на смерть той самой властью, что развязала войну. ООН подтвердила гибель более 16 000 мирных жителей в Украине и прямо оговаривает, что реальное число выше. Среди наиболее задокументированных преступлений этой войны - насильственный вывоз украинских детей в Россию: комиссия ООН квалифицировала подтверждённые случаи как преступление против человечности, Украина оценивает общее число почти в 20 000, и именно это стало основанием ордера Международного уголовного суда на арест самого Владимира Путина. Ещё миллионы были изгнаны из своих домов — в страны, и без того под экономическим напряжением. Это не издержки войны, которая должна была случиться, — это следствие решения одного государства. И одного человека.
Внутри России от прав осталась одна оболочка - закон выпотрошил их изнутри. Суды работают исправно - как оружие: статьи о «дискредитации армии» превращают пост или одиночный плакат в тюремный срок. А ряды армии государство теперь пополняет силой: людей задерживают на улице и вынуждают подписывать контракты, мигрантов принуждают «идти добровольцами» под угрозой депортации или хуже, иностранцев ставят перед выбором - фронт или потеря легального статуса. Украинцы переживают войну, которую их страна не выбирала - оккупацию, бомбардировки, насильственные депортации, а россияне, отказывающиеся её вести, сталкиваются с аппаратом, выстроенным, чтобы их заставить молчать. Урон переходит любые границы: миллионы перемещённых, а сама война стала измеримым источником глобальных выбросов - по оценкам, 311 миллионов тонн CO₂ за четыре года, равно годовому выбросу Франции. И она больше не локальна: в июле российская ракета залетела вглубь Польши, в августе дрон обнаружили в аэропорту Германии, а разведка НАТО теперь оценивает возможный удар России по альянсу в горизонте лет, а не десятилетий.
Убери геополитику - и останется один факт: эта война есть машина, уничтожающая человеческие жизни, и работает она лишь потому, что один человек продолжает её питать. Больше двух миллионов убитых, раненых, пропавших. Сотни тысяч россиян, отправленных умирать за линии на карте и за видение империи, существующее только в его голове. Украинские дети, отнятые у семей. Есть слово для человека, который тратит человеческие жизни в таком масштабе ради собственных амбиций, и это не «государственный деятель». Каждый из них был человеком, который мог бы жить, и каждая смерть с того момента, как войну можно было прекратить, - не трагедия, постигшая Россию, а выбор, сделанный в одном кабинете. Это не просчёт рационального лидера и не бред больного — это нечто проще и страшнее: человек, который знает цену и платит её чужими жизнями, потому что его гордыня для него дороже, чем они. Его не нужно объявлять безумцем. Ему нужно перестать держать власть, которая позволяет всё это длить.
Мы, кто подписывает это, люди против этой войны. Русские и не только, вместе. Не партия, не правительство, не чья-то внешняя политика: люди, которые отказываются, чтобы это творилось от их имени. К россиянам, кто это читает: те, кто гибнет на этой войне, - ваши сыновья и соседи, а человек, который их тратит, - не Россия; это один правитель, спутавший себя со страной. Мы не просим заменить его на лучшего императора. Мы прямо говорим: никакое видение империи не стоит тех жизней, которых оно стоит; эта война должна закончиться; и она не закончится, пока тот единственный, кто её выбрал и отказывается остановить, всё ещё держит власть её продолжать.
И к тем внутри системы, кто это уже понимает, - к депутатам, чиновникам, к людям с совестью и рабочим столом в здании, которое обслуживает эту войну: мы знаем, что вы есть. Кто-то из вас говорил это вслух и поплатился. Это обращено и к вам. Не как требование, которое вы не можете безопасно выполнить, - а как счёт тех, кто стоит там, где стояли бы вы, будь это безопасно, чтобы в день, когда действовать станет возможно, вы знали, сколько людей уже было с вами. Его уход - не решение всего; это то, что должно произойти прежде, чем станет возможно что-либо ещё. Мы не просим разрешения. Мы отзываем своё согласие - и заявляем об этом там, где это можно посчитать.
Впишите своё имя. Одна подпись не остановит войну - но режим вроде этого держится на лжи, будто все согласны или никто не смеет возразить. Каждое видимое имя - трещина в этой лжи. Солдат, решающий, ехать ли; чиновник, решающий, говорить ли; тот, кто боится, что он один такой, — каждый из них считает имена. Вот единственное, что такой список может сделать и чего не может ничто другое: доказать, что молчание никогда не было согласием. Сделайте это число невозможным для игнорирования.
Впишите своё имя - и сделайте число больше.
-----------------
Russia's war on Ukraine began in 2014 and became a full-scale invasion in February 2022. In the years since, combined military casualties on both sides have passed two million killed, wounded, or missing — hundreds of thousands of them Russians sent to die by the very leadership that started the war. The UN has verified more than 16,000 civilians killed in Ukraine and states the true toll is higher. Among the war's most documented crimes is the forced deportation of Ukrainian children to Russia — the UN's inquiry has confirmed cases as crimes against humanity, Ukraine puts the total near 20,000, and it is the basis of the International Criminal Court's 2023 arrest warrant for Vladimir Putin himself. Millions more have been driven from their homes into countries already under economic strain. These are not the costs of a war that had to happen — they follow from one government's decision, and one man's.
Inside Russia, basic rights have been hollowed out from within the law itself. The courts work efficiently, as a weapon: "discrediting the armed forces" laws turn a post or a placard into a prison term. And the state now fills its ranks by force — men detained on the street and pressured into signing army contracts, migrants coerced into "volunteering" under threat of deportation or worse, foreigners made to choose between the front and losing their legal status. Ukrainians endure a war their country never chose — occupation, bombardment, forced deportation — while Russians who refuse it face the apparatus built to silence them. The damage crosses every border: millions displaced, the war now a measurable driver of global emissions — an estimated 311 million tonnes of CO₂ over four years, equal to France's annual output. And it is no longer contained — a Russian missile struck deep inside Poland in July, a drone surfaced at a German airport in August, and NATO intelligence now assesses a possible Russian move against the alliance within years, not decades.
Strip away the geopolitics and one fact remains: this war is a machine for ending human lives, and it runs only because one man keeps feeding it. Over two million people killed, wounded, or missing. Hundreds of thousands of Russians sent to die for lines on a map and a vision of empire that lives only in his head. Ukrainian children taken from their families. There is a word for a man who spends human lives on this scale to satisfy his own ambition — and it is not "statesman." Each of these was a person who could have lived, and each death since this war could have ended is not a tragedy that befell Russia but a choice made in one office. This is not the miscalculation of a rational leader or the delusion of a sick one — it is something plainer and worse: a man who knows the cost and pays it in other people's lives because his pride is worth more to him than they are. He does not need to be declared unwell. He needs to stop holding the power to keep this going.
We who sign this are people against this war — Russians and others, together. Not a party, not a government, not anyone's foreign policy: people who refuse to let this be done in our name. To Russians reading this: the ones dying in this war are your sons and neighbors, and the man spending them is not Russia — he is one ruler who has confused himself with the country. We do not ask for a better emperor to replace him. We say plainly that no vision of empire is worth the lives it is costing, that this war must end, and that it will not end while the one man who chose it and refuses to stop it still holds the power to continue.
And to those inside the system who already know this — the deputies, the officials, the people with a conscience and a desk in a building that serves this war: we know you exist. Some of you have said it aloud and paid for it. This is addressed to you too. Not as a demand you cannot safely meet, but as a count of the people standing where you would stand if it were safe — so that the day it becomes possible to act, you know how many were already with you. His removal is not a solution to everything; it is the one thing that has to happen before anything else can. We are not asking permission. We are refusing our consent, and we are saying so where it can be counted.
Add your name. One signature doesn't stop a war — but a regime like this one runs on a lie, that everyone agrees or no one dares object. Every visible name is a crack in that lie. A soldier deciding whether to go, an official deciding whether to speak, someone afraid they are the only one — each of them counts the names. That is the one thing a list like this can do that nothing else can: prove the silence was never agreement. Make the number impossible to ignore. Add your name, and make it bigger.
7
The Issue
Война России против Украины началась в 2014 году и переросла в полномасштабное вторжение в феврале 2022-го. За эти годы совокупные военные потери обеих сторон превысили два миллиона убитыми, ранеными и пропавшими без вести - и сотни тысяч из них россияне, отправленные на смерть той самой властью, что развязала войну. ООН подтвердила гибель более 16 000 мирных жителей в Украине и прямо оговаривает, что реальное число выше. Среди наиболее задокументированных преступлений этой войны - насильственный вывоз украинских детей в Россию: комиссия ООН квалифицировала подтверждённые случаи как преступление против человечности, Украина оценивает общее число почти в 20 000, и именно это стало основанием ордера Международного уголовного суда на арест самого Владимира Путина. Ещё миллионы были изгнаны из своих домов — в страны, и без того под экономическим напряжением. Это не издержки войны, которая должна была случиться, — это следствие решения одного государства. И одного человека.
Внутри России от прав осталась одна оболочка - закон выпотрошил их изнутри. Суды работают исправно - как оружие: статьи о «дискредитации армии» превращают пост или одиночный плакат в тюремный срок. А ряды армии государство теперь пополняет силой: людей задерживают на улице и вынуждают подписывать контракты, мигрантов принуждают «идти добровольцами» под угрозой депортации или хуже, иностранцев ставят перед выбором - фронт или потеря легального статуса. Украинцы переживают войну, которую их страна не выбирала - оккупацию, бомбардировки, насильственные депортации, а россияне, отказывающиеся её вести, сталкиваются с аппаратом, выстроенным, чтобы их заставить молчать. Урон переходит любые границы: миллионы перемещённых, а сама война стала измеримым источником глобальных выбросов - по оценкам, 311 миллионов тонн CO₂ за четыре года, равно годовому выбросу Франции. И она больше не локальна: в июле российская ракета залетела вглубь Польши, в августе дрон обнаружили в аэропорту Германии, а разведка НАТО теперь оценивает возможный удар России по альянсу в горизонте лет, а не десятилетий.
Убери геополитику - и останется один факт: эта война есть машина, уничтожающая человеческие жизни, и работает она лишь потому, что один человек продолжает её питать. Больше двух миллионов убитых, раненых, пропавших. Сотни тысяч россиян, отправленных умирать за линии на карте и за видение империи, существующее только в его голове. Украинские дети, отнятые у семей. Есть слово для человека, который тратит человеческие жизни в таком масштабе ради собственных амбиций, и это не «государственный деятель». Каждый из них был человеком, который мог бы жить, и каждая смерть с того момента, как войну можно было прекратить, - не трагедия, постигшая Россию, а выбор, сделанный в одном кабинете. Это не просчёт рационального лидера и не бред больного — это нечто проще и страшнее: человек, который знает цену и платит её чужими жизнями, потому что его гордыня для него дороже, чем они. Его не нужно объявлять безумцем. Ему нужно перестать держать власть, которая позволяет всё это длить.
Мы, кто подписывает это, люди против этой войны. Русские и не только, вместе. Не партия, не правительство, не чья-то внешняя политика: люди, которые отказываются, чтобы это творилось от их имени. К россиянам, кто это читает: те, кто гибнет на этой войне, - ваши сыновья и соседи, а человек, который их тратит, - не Россия; это один правитель, спутавший себя со страной. Мы не просим заменить его на лучшего императора. Мы прямо говорим: никакое видение империи не стоит тех жизней, которых оно стоит; эта война должна закончиться; и она не закончится, пока тот единственный, кто её выбрал и отказывается остановить, всё ещё держит власть её продолжать.
И к тем внутри системы, кто это уже понимает, - к депутатам, чиновникам, к людям с совестью и рабочим столом в здании, которое обслуживает эту войну: мы знаем, что вы есть. Кто-то из вас говорил это вслух и поплатился. Это обращено и к вам. Не как требование, которое вы не можете безопасно выполнить, - а как счёт тех, кто стоит там, где стояли бы вы, будь это безопасно, чтобы в день, когда действовать станет возможно, вы знали, сколько людей уже было с вами. Его уход - не решение всего; это то, что должно произойти прежде, чем станет возможно что-либо ещё. Мы не просим разрешения. Мы отзываем своё согласие - и заявляем об этом там, где это можно посчитать.
Впишите своё имя. Одна подпись не остановит войну - но режим вроде этого держится на лжи, будто все согласны или никто не смеет возразить. Каждое видимое имя - трещина в этой лжи. Солдат, решающий, ехать ли; чиновник, решающий, говорить ли; тот, кто боится, что он один такой, — каждый из них считает имена. Вот единственное, что такой список может сделать и чего не может ничто другое: доказать, что молчание никогда не было согласием. Сделайте это число невозможным для игнорирования.
Впишите своё имя - и сделайте число больше.
-----------------
Russia's war on Ukraine began in 2014 and became a full-scale invasion in February 2022. In the years since, combined military casualties on both sides have passed two million killed, wounded, or missing — hundreds of thousands of them Russians sent to die by the very leadership that started the war. The UN has verified more than 16,000 civilians killed in Ukraine and states the true toll is higher. Among the war's most documented crimes is the forced deportation of Ukrainian children to Russia — the UN's inquiry has confirmed cases as crimes against humanity, Ukraine puts the total near 20,000, and it is the basis of the International Criminal Court's 2023 arrest warrant for Vladimir Putin himself. Millions more have been driven from their homes into countries already under economic strain. These are not the costs of a war that had to happen — they follow from one government's decision, and one man's.
Inside Russia, basic rights have been hollowed out from within the law itself. The courts work efficiently, as a weapon: "discrediting the armed forces" laws turn a post or a placard into a prison term. And the state now fills its ranks by force — men detained on the street and pressured into signing army contracts, migrants coerced into "volunteering" under threat of deportation or worse, foreigners made to choose between the front and losing their legal status. Ukrainians endure a war their country never chose — occupation, bombardment, forced deportation — while Russians who refuse it face the apparatus built to silence them. The damage crosses every border: millions displaced, the war now a measurable driver of global emissions — an estimated 311 million tonnes of CO₂ over four years, equal to France's annual output. And it is no longer contained — a Russian missile struck deep inside Poland in July, a drone surfaced at a German airport in August, and NATO intelligence now assesses a possible Russian move against the alliance within years, not decades.
Strip away the geopolitics and one fact remains: this war is a machine for ending human lives, and it runs only because one man keeps feeding it. Over two million people killed, wounded, or missing. Hundreds of thousands of Russians sent to die for lines on a map and a vision of empire that lives only in his head. Ukrainian children taken from their families. There is a word for a man who spends human lives on this scale to satisfy his own ambition — and it is not "statesman." Each of these was a person who could have lived, and each death since this war could have ended is not a tragedy that befell Russia but a choice made in one office. This is not the miscalculation of a rational leader or the delusion of a sick one — it is something plainer and worse: a man who knows the cost and pays it in other people's lives because his pride is worth more to him than they are. He does not need to be declared unwell. He needs to stop holding the power to keep this going.
We who sign this are people against this war — Russians and others, together. Not a party, not a government, not anyone's foreign policy: people who refuse to let this be done in our name. To Russians reading this: the ones dying in this war are your sons and neighbors, and the man spending them is not Russia — he is one ruler who has confused himself with the country. We do not ask for a better emperor to replace him. We say plainly that no vision of empire is worth the lives it is costing, that this war must end, and that it will not end while the one man who chose it and refuses to stop it still holds the power to continue.
And to those inside the system who already know this — the deputies, the officials, the people with a conscience and a desk in a building that serves this war: we know you exist. Some of you have said it aloud and paid for it. This is addressed to you too. Not as a demand you cannot safely meet, but as a count of the people standing where you would stand if it were safe — so that the day it becomes possible to act, you know how many were already with you. His removal is not a solution to everything; it is the one thing that has to happen before anything else can. We are not asking permission. We are refusing our consent, and we are saying so where it can be counted.
Add your name. One signature doesn't stop a war — but a regime like this one runs on a lie, that everyone agrees or no one dares object. Every visible name is a crack in that lie. A soldier deciding whether to go, an official deciding whether to speak, someone afraid they are the only one — each of them counts the names. That is the one thing a list like this can do that nothing else can: prove the silence was never agreement. Make the number impossible to ignore. Add your name, and make it bigger.
Petition Updates
Share this petition
Petition created on August 30, 2026