В дополнение к статье «Все, кто был после меня в очереди на улучшение жилищных условий, уже в новых квартирах живут» , напечатанной в областной газете "Тюменская губерния"/№4 (344). В городе Ялуторовск проживаю с 2001 года. До этого с детьми жила на Кольском полуострове в общежитии (т. е. изначально своего жилья не имела!) и работала в школе-гимназии. В очередь на жилье в Ялуторовске, общую и льготную, была поставлена в 2004 году. В 2008 году меня незаконно исключили из льготной очереди на улучшение жилищных условий, в которой я стояла как одинокая мать, прокуратура тогда вынесла предписание восстановить в льготной очереди, а виновных наказать, но контролировать выполнение предписания не стала. После трех лет хождения по мукам, переписки с чиновниками разных уровней, меня поставили в 2011 г. в новую очередь - очередь малоимущих под № 1435, хотя дочь совершеннолетней стала в 2012 году. Прокуратура по просьбе депутата ГД стала защищать мои интересы в суде, но почему-то не настаивая на восстановлении в очереди, которая, кстати сказать, прошла, а выдвинула, якобы в моих интересах, в связи с действующей госпрограммой новые требования - требования признать мое жилище аварийным, непригодным для проживания. Суд назначил в 2014 году независимую экспертизу и мое барачное неблагоустроенное жилище, строение 19 века, было признано этой независимой экспертизой ""как АВАРИЙНОЕ , НЕПРИГОДНОЕ ДЛЯ ПРОЖИВАНИЯ И НЕ ОТВЕЧАЮЩЕЕ УСЛОВИЯМ НОРМАЛЬНОЙ ЭКСПЛУАТАЦИИ... ДАЛЬНЕЙШАЯ ЭКСПЛУАТАЦИЯ ЖИЛОГО ПОМЕЩЕНИЯ ( КВАРТИРЫ № 1 ) ПРЕДСТАВЛЯЕТ УГРОЗУ БЕЗОПАСНОСТИ ЖИЗНИ ПРОЖИВАЮЩИХ В ДАННОМ ПОМЕЩЕНИИ ЛЮДЕЙ." Судебная экспертиза выявила: поражение грибком большинство стен дома; повышенная влажность; отсутствие водоснабжения и канализации;отсутствие источников тепла (печь разрушена, ремонту не подлежит)... и ко всему этому: в прошлую зиму температура внутри жилища была минусовая. В кухне -15, в зале благодаря включенному обогревателю -10... Подчеркиваю: барачная неблагоустроенная квартира находится в деревянном прогнившем строении 19 века. Отопление отсутствует уже четвертый год, печь ремонту не подлежит, так как находится на первом этаже двухэтажного барака - это подтвердил на суде лучший печник города; водопровод, канализация отсутствуют, и из-за ветхости строения их провести нельзя. Во второй половине барака в 90-е годы вывалились бревна в зимнее время, и им разрешили реконструировать и расширить свои площади в нарушение всяких технических норм. Вторая половина барака - так называемый новострой! Несмотря на то, что независимая экспертиза, назначенная судом в 2014 г., в своем Заключении написала, что мое жилище представляет угрозу жизни проживающим в нем, а прокуратура Ялуторовска совместно с санэпидемнадзором в 2016 г. провели проверку в зимнее время и установили, что температура в жилище минусовая, чиновники всех уровней, которые находились в курсе проблемы, и по вине которых я оказалась в такой ситуации, оставили меня, больного пенсионера, в опасном для жизни состоянии... А это Статья! УК РФ, Статья 125. Оставление в опасности. И сколько раз Статьи Конституции нарушались в отношении меня, беззащитного человека, моих детей? Чиновники разных уровней воевали более 10 лет с женщиной, у которой нет родственников, кроме ее двух детей! С матерью-одиночкой! С преподавателем Ялуторовского медколледжа! Теперь воюют с пенсионеркой! Позор таким властям! Это же издевательство над человеком: не восстановили в очереди, потому что очередь прошла (!), потому что квартиру вместо меня кто-то получил другой! А через три года моих мытарств поставили в новую очередь, перекинув документы из одной папки в другую! Понятно, что по новой очереди на сегодняшний день № 1372, надо прожить несколько жизней! Я и мои дети: сын-военнослужащий по контракту и дочь-студентка, - никогда от государства квартиры не получали, ничего никогда не приватизировали и прописаны с несовершеннолетия по этому же адресу, что и я, и другого жилья они так же, как и я, не имели и не имеют! На сегодняшний день ситуация в решении моего жилищного вопроса не изменилась: я второй год зимую у верующих людей; дети (подчеркиваю: прописанные с несовершеннолетия в бараке, прогнившем насквозь строении XIX века) живут на съемных квартирах по месту службы, учебы, работы.