http://www.nashagazeta.ch/news/13787

http://echo.msk.ru/blog/alekseeva_poshon/1214425-echo/

Елена Алексеева-Пошон,
гражданка Российской Федерации, в прошлом артистка цирка, в 2004 году приехала по работе в Швейцарию, где познакомилась с будущим мужем. В 2005 они поженились и живут в Женеве, воспитывая детей и занимаясь благотворительностью. 

Является активным участником программ помощи российским детям-инвалидам, живущим в детских домах. 

В 2009 году удочерила девочку, у которой не было никакого шанса обрести семью. У Тани двустороняя лицевая расщелина, полная слепота, нарушение слуха. 
Сегодня Тане 6 лет, она ходит в обычную общеобразовательную школу, во 2-ой класс. Занятия посещает с помощником из Центра для детей с проблемами зрения. Также ходит 4 раза в неделю в этот Центр на специализированные занятия, направленные на полную интеграцию слепого человека в общество, изучает азбуку Брайль, компьютер. Отлично умеет плавать. Начала заниматься музыкой по классу скрипки. Освоила счет, прекрасно знает русский язык, отлично говорит по-французски, проявляет интерес к английскому, немецкому и испанскому языкам. Ей предстоит еще много операций, но уже сейчас есть  уверенность, став взрослым человеком, она не только будет обслуживать себя самостоятельно, но получит образование и профессию, создаст семью. 

О мальчике Ренате из того же Дома ребенка, из которого забирали дочь, семья Елены узнала в начале 2011 года и почти сразу приняла решение его усыновить. Мальчик страдает артрогрипозом в тяжелой форме (поражены все четыре конечности, не может без поддержки и аппаратов стоять и ходить, ручки обездвижены настолько, что он не может даже почесать нос). 

Проверки семьи, как усыновителей, и подготовка всех необходимых документов швейцарской стороной начались в октябре 2011 года. И только к лету 2013 все было готово и документы были поданы в Волгоградский Комитет по образованию. С этого момента Елена и ее муж официально стали общаться с ребенком как будущие усыновители.

Все это время семья участвовала в судьбе ребенка. Каждый раз, когда мальчика госпитализировали в Институт им. Турнера Елена отправлялась  в Санкт-Петербург, помогала няне дома ребенка, организовывала транспорт для перевозки ребенка на вокзал или в аэропорт, на консультации и на изготовление и примерки аппаратов. Один раз прилетала вместе с мужем. Оплачивали все аппаратное лечение на протяжении этих двух лет. 

В первый приезд малыш произвел впечатление ребенка глубоко замкнутого до аутичности, не по-детски серьезного. Не откликался на свое имя, плакал без звука, безропотно давал производить над собой самые болезненные и неприятные медицинские манипуляции. По мере того, как малыш начал понимать, что кто-то интересуется именно им и с появлением первых признаков привязанности, он “разморозился”, взгляд стал фокусированный, стал смотреть в лицо людям. Появилась инициатива и интерес к окружающему, малыш научился эмоционально реагировать на происходящее,  разговаривать. 

С разрешения опеки, персонал дома ребенка позволил малышу называть Елену и ее мужа мамой и папой.
Мальчик очень привязался к Елене, ждет  встречи с сестренками, про которых знает из ее рассказов, фотографий и видео. Называет их по именам. 

В июле 2013 года, после нескольких месяцев сбора, перевода и заверения дополнительных бумаг, сверх требуемых законодательно, наконец, документы приняли  к рассмотрению в Федеральном Суде РФ города Волгограда. 

Заседание откладывалось несколько раз. Каждый раз выносилось определение с требованием все новых документов, касающихся членов семьи, законов Швейцарии и тд.. 

Все требования добросовестно выполнялись, хотя предоставление множества из затребованных справок не предусмотрено законодательством РФ, касающегося международного усыновления. 

Предоставлены все постусыновительские отчеты, отражающие феноменальный прогресс в развитии первого усыновленного ребенка, а органами Швейцарии - документы об отсутствии задолженностей по контрольным отчетам по всем другим усыновлениям российских детей в Швейцарию, о чем получено подтверждение из Министерства образования. 

Нет конфликта с последними законодательными инициативами, повлекшими  запрет усыновления в некоторые страны, т.к. в Швейцарии однополый брак ЗАПРЕЩЕН. 

На первом слушании Елена потеряла сознание — дело приостановить на неопределенный срок. Затем переносили заседания несколько раз. Вытянули все соки, нервы, деньги. Выгоняли стоять в коридор без стульев на несколько часов, пока судья бегала куда-то дозваниваться, видимо, получать указания от начальства. 

Все это только для того, чтобы, невзирая на полную поддержку заявления прокурором, после всех пыток оттараторить скороговоркой, не поднимая глаз - в усыновлении отказать. Точка.

При прощании малыш рыдал и кричал “Нет, мама, самолет!”. 

Малышу уже 4 с половиной года, срок перевода в ДДИ — 4 года. Его перевод в дом инвалидов был задержан в связи с процедурой усыновления. Теперь он отправится туда в самое ближайшее время. 

В доме инвалидов умственно сохранный, но не способный себя обслуживать  ребенок, угаснет очень быстро. Если выживет, то в лучшем случае его ждет интернат для инвалидов и престарелых. 

Усыновляемому мальчику требуется срочное оперативное и сложное аппаратное лечение, предоставлены мнения нескольких лечащих врачей о неотлагательности лечения и последствиях для здоровья и будущей реабилитации ребенка в случае задержки такового. 

В семье есть психологические и материальные ресурсы, знания и опыт в реабилитации тяжелых детей-инвалидов. Семья даст ребенку возможность вырасти полноценным членом общества, а не иждивенцем системы социального обеспечения. 

Есть возможность сохранить русский язык и культуру у усыновленных детей. В семье говорят на русском, младшие дети посещают русскую школу, наряду с местной общеобразовательной школой.

Поддержите эту петицию, верните будущее мальчику Ренату.