16-летний Дмитрий Королев, проживающий в Твери, в связи с невозможностью проживания совместно с родной матерью, уехал к родной тете в С-Петербург и попросил у неё помощи, Предварительно он уведомил ,подав заявление, прокуратуру и орган опеки и попечительства города Твери, что опасается за собственную жизнь в связи с крайне тяжелой психологической обстановкой в семье ( сестра юноши совершила суицид в 2015 году). С 26 января 2018 года, открыто проживал у тети, находясь на постоянной телефонной связи с сотрудниками полиции Твери. Однако 07.02.18 он был жестко задержан сотрудниками полиции Твери , одетыми в гражданскую форму, и помещен в социальный приют «Транзит» на улице Курляндской 20. С этого момента к нему не допускали родственников и адвокатов. Руководство приюта мотивирует отказ письменным заявлением матери Королева Дмитрия, которая запретила любое общение ребенка с родственниками или адвокатами, указав что является единственным законным представителем несовершеннолетнего.

 Дмитрию не позволяют телефонное общение (за 7 дней разрешили лишь два звонка не более 2 минут под присмотром сотрудника приюта). Переданные письма до Дмитрия не доходили. Все действия администрации приюта являются произволом и грубейшим нарушением прав ребенка в том числе: законным правом на общение с родственниками (Право ребенка на общение с родителями и другими родственниками — ст. 55 Семейного Кодекса РФ), право несовершеннолетнего на защиту (Ребенок имеет право на защиту от злоупотреблений со стороны родителей — ч.2 ст. 56 Семейного Кодекса РФ), право на собственное мнение при выборе места жительства (Ребенок вправе выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, а также быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства). Учет мнения ребенка, достигшего возраста десяти лет, обязателен, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам — ст. 57 Семейного Кодекса РФ), право каждого гражданина России на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения — ч.2 с. 23 Конституции РФ). Несмотря на это, больше недели несовершеннолетний Дмитрий Королев незаконно ограничен в общении с родственниками, переписке и телефонных переговорах, доступа адвокатов для оказания юридической помощи.
Обращение в органы опеки и попечительства МО «Екатерингофский» результатов не дало, так как инспектор Малых Виктория Алексеева считает правомерным поведение администрации приюта и намерена направить Дмитрия в Тверь, как того желает мама последнего.
Личное заявление Дмитрия о желании лишить в судебном порядке мать родительских прав для Малых считается недостаточно аргументом.
Уполномоченный по правам ребенка в С-Петербурге Агапитова Светлана Юрьевна не увидела нарушения прав ребенка и сочла единственно правильным вернуть ребенка маме вопреки воле последнего и это несмотря на то, что Дмитрий лично был у нее на приеме, где изложил мотивы своего нежелания проживания с мамой. Но для Агапитовой проблемы ребенка важны так же, как температура на Марсе в позапрошлом году. 

Уже второй раз  Дима сам приезжает в Санкт-Петербург за помощью к своей тёте. Первый раз это было 30.12.2017 г. во время школьных каникул.  12.01.2018  Его  так же  насильно полицейские отправили в социальный приют «Транзит». Тогда ему тоже не давали общаться с родственниками находящимися в Санкт-Петербурге (где проживают его две родные тёти и двоюродная сестра) и лишили права на телефонные звонки. Работники приюта в первый раз моральным давлением и угрозами уговорили Диму якобы добровольно уехать в Тверь. В Твери Дима написал заявления в прокуратуру и в органы опеки и попечительства, что не может больше проживать в Твери со своей матерью , и просил лишить её родительских прав . Через неделю снова уехал в Санкт-Петербург.  В этот раз в Санкт-Петербурге он был подкараулен  и жестко задержан сотрудниками полиции Твери и помещён в приют Транзит. 16.02.2018 г без его согласия он насильно был отправлен в г. Тверь.

Россия стала страной, где нет прав у детей,они только на бумаге, а в жизни — дети бесправны. Дима вполне может сам решать с кем ему быть и где ему жить, в особенности если он обоснованно считает,что его жизни угрожает опасность.