Автор этого прекрасного мультфильма - Саша Лукина, знакомством с которой я горжусь. Мы вместе хотим победить, мы за Алдашина и против крыс! Говоря о смелых мамах… У меня тоже была смелая мама. Мама закончила философский факультет МГУ, приехав на поезде из самого Владивостока. Мама была умница, медалистка, но воспитывала ее улица и старший брат, пока родители были на работе. Жили в квартире в деревянном доме с удобствами во дворе, воду носили из колонки, отапливались дровами. Улица научила давать сдачи и не лезть за словом в карман, когда пытаются обидеть. А вот школа была очень хорошая, бывшая женская Коричневая гимназия, и многие педагоги были еще оттуда. Когда ругают Советский Союз, я соглашаюсь. Но я не могу зачеркнуть людей, которых не просто люблю, а которыми невероятно горжусь. Таких, как говорится, больше не делают. Конечно, мама была членом КПСС. А как же! Идеологический факультет, знаете ли. Однако, кредо и поступки моих родителей были такими, что мне абсолютно не в чем их упрекнуть. Ни разу я не видела, чтобы мама или отец пошли против совести. Когда подписывали письмо за то, чтобы выслать из страны А.И.Солженицына, мама его не подписала. Когда факультетские антисемиты попробовали устроить шельмование профессора Моисея Самойловича Кагана, - фронтовика, прошедшего всю войну, - мама, узнав, пришла на заседание парткома, куда ее специально не позвали, и выступила с речью, начав ее: “Да как вам не стыдно!” Мама не подавала руки тем, кого считала негодяем, и прекрасно отличала крыс от людей. Она была строга к людям, когда им не хватало духу поступить благородно, она говорила с усмешкой: “Полупочтенная публика”. За все в жизни нужно платить. Став уже доктором наук, мама долго не могла получить профессора. Наконец, устав ждать, она ушла в Горный институт. Встретив маму на факультете, кто-то из старых недругов сделал ей комплимент, дескать, расцвели вы там, среди горнячков, хорошо, видать, в Горном-то институте. “Да, - ответила мама, - знаете ли, воздух чище”. Когда я, учась в университете, получила доступ к антисоветской литературе и принялась размножать ее на домашней печатной машинке “Эрика”, мама серьезно рассердилась, она кричала, что из-за меня они потеряют работу. Я поняла и смирилась, хотя была очень расстроена. Но утром мама пришла ко мне и сказала: “Знаешь, я была не права. Черт с ней, с работой. Ты права. Делай так, как считаешь нужным”. Вам много попадалось людей такого мужества? Какие там скрепы, какая, к черту, идеология? Страна жива своими людьми и своей культурой. Я считаю, что мы с вами обязаны защитить “Союзмультфильм” и Алдашина. Потому что зачем тогда нужны смелые мамы, как не за этим - научить нас, где грань терпения, где просто непорядочно, невозможно отсиживаться и отмалчиваться.